Новости сайта
Home / Танах / Недельная глава

Недельная глава

Храм и жертвоприношения – взгляд со стороны священников

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе: к разделу (3-2) Цав – книга Левит, гл. 6-8)

1. Соотношение разделов Ваикра и Цав

Раздел Цав, второй недельный раздел книги Левит, как и первый ее раздел, Ваикра, говорит о жертвоприношениях – однако он рассматривает их с другой стороны, со стороны священников.

Раздел Ваикра говорил о жертвоприношениях со стороны человека, приносящего эти жертвы, и этому соответствовало его название Ваикра, «позвал, пригласил», поскольку Бог пригласил Моисея  в шатер, и приглашает к добровольным жертвоприношениям каждого из нас, но никак не обязывает. Для простого человека принесение жертв – это добровольная вещь, его личное желание приблизиться к Всевышнему – и соответственно  раздел Ваикра начинается с жертв добровольных,  всесожжения и  благодарности. Второй же раздел начинается со слова Цав, “прикажи” – потому что для священников принесение жертв и служение в Храме – это обязанность и работа. Соответственно, центральное место раздела Цав занимают жертвы за грех и различные обязательные работы, которые священник совершает в Храме.

2. Работа священников при жертвеннике

Описание деятельности священника по функционированию жертвенника начинается с поддержания огня на жертвеннике: “И Господь сказал Моше, говоря: Заповедай Аарону и сынам его: вот закон всесожжения: оно на огне на жертвеннике должно оставаться всю ночь до утра, и огонь жертвенника пусть горит на нем. … А огонь на жертвеннике пусть горит, не угасая; и пусть поджигает на нем священник дрова каждое утро и раскладывает на нем всесожжение; и воскурит он на нем жир мирных жертв. Огонь постоянный пусть горит на жертвеннике, не угасая” (Левит, 1:1-6).

Поддержание огня относится к ночной смене работы Храма. Жертвы приносили только днем, а ночью дожигались их остатки, и перед утром убирался пепел, для того чтобы можно было начинать новый цикл жертвоприношений. И первая заповедь, которая дается священникам именно в этом разделе, – это заповедь постоянно поддерживать огонь на жертвеннике. Это, в общем, и есть функция священников. В то время как обычный человек приходит в Храм время от времени, и для него это личное  продвижение, – священник должен поддерживать огонь в Храме, чтобы, даже когда евреи недостаточно активно общаются с Храмом, не слишком часто приходят сюда или приносят жертвы, Храм все равно бы функционировал.

Вторая заповедь, которая дана здесь священникам, – это заповедь убирать пепел, чтобы приготовить место для нового жертвоприношения, нового дня. Это опять-таки важное символическое действие, которое говорит нам о том, что новый день, новый этап связи со Всевышним, должен начинаться с расчистки жертвенника от пепла предыдущих жертв. Просто так, без расчистки площадки, построить новый этап не удается. И, хотя прежние этапы – это важная часть нашей памяти, основы – все-таки расчистка площадки очень часто бывает нужна.

3. Противостояние линий Моисея и Аарона

Разделы Ваикра и Цав продолжают противостояние линий Моисея и Аарона. Они разделяются здесь примерно так же, как разделялись линии Моисея и Аарона в описании Храма в книге Исход, в разделах Трума и Тецаве. И так же, как там разделение Моисея и Аарона вызвало кризис в истории Золотого Тельца, – так и здесь разделение линий Моисея и Аарона вызывает в самом функционировании Храма кризис, который приведет к смерти сыновей Аарона, о чем мы будем читать в следующем разделе. И только после этого второго кризиса линии Моисея и Аарона объединяются в общую интегральную Тору, включающую в себя оба аспекта.

Может быть, из того факта, что после раздела Цав, описывающего служение Аарона, следует раздел кризиса и смерть сыновей Аарона, – мы сможем понять, что если служение в Храме осуществляется по обязанности, то оно приводит к кризису и развалу. И это касается, наверное, всего иудаизма. Если мы воспринимаем иудаизм как обязанность, то, к чему нас вынуждают свыше, где у нас нет собственного подхода, и мы являемся просто исполнителями повелений, –  такой подход приводит к кризису. Тогда необходима перестройка, в результате которой добровольные и свободные действия будут интегрированы с определенной частью долженствования и обязательности.

4. Порядок описания жертвоприношений

Жертвоприношения в разделе Ваикра описаны в таком порядке:

  • Жертва всесожжения,
  • хлебная жертва,
  • мирная жертва,
  • очистительная жертва за грех,
  • повинная жертва.

В то время как в недельном разделе «Цав» порядок иной:

  • Жертва всесожжения,
  • хлебная жертва,
  • очистительная жертва за грех,
  • повинная жертва,
  • мирная жертва.

Мы видим, что мирная жертва перенесена из середины к концу списка.

При этом перечислении то, что указано в начале списка – представляется лучшим и более желанным в глазах Всевышнего. Жертва всесожжения и хлебная жертва выражают стремление человека всем сердцем приблизиться к Богу, без всякого личного интереса, без наполнения собственного желудка. Это идеалистическое служение, соответствующее базовому характеру жертвы — подобное принесению в жертву себя самого: «Когда кто из вас хочет принести жертву Господу» — и мидраш поясняет: жертву из вас самих. Внутреннее желание – принести в жертву себя. Но, как и в истории Акедат Ицхак («Жертвоприношения Ицхака»), Бог заповедал: «Не заноси руки твоей на отрока», поскольку Бог хочет жизни – так и всем потомкам Ицхака передано, что Богу нужно лишь одно желание принести себя в жертву, но не реальная реализация этого, и живое тело должно быть заменено «другим овном» – «из крупного или мелкого скота, приносите жертву вашу» (Левит 1:2).

Мирная жертва раскрывает более сложный процесс: Участие человека в трапезе Всевышнего, и участие Всевышнего в трапезе человека. Часть животного возносится на жертвеннике, но основную часть съедает сам приносящий и его семья. Это требует от человека степени святости, соответствующей жертвеннику. Такое служение относится к уровню сынов Израиля, которые способны направить свои земные наслаждения к Божественному. И это не подходит другим народам, — а поэтому от них принимают только жертвы всесожжения, поскольку они еще не способны поставить личное наслаждение на службу Всевышнему.

Грехоочистительная жертва и повинная жертва являются следствием ошибок человека, и служат их исправлению. Эти такие жертвы, нужда  в которых возникает постфактум — и поэтому понятно, что их место в конце списка.

Первый порядок жертв (указанный в недельном разделе Ваикра) реализуется, когда мы исходим из желания сердца человека, вытекающего из идеала: «добровольных жертвоприношений» (Раши на Левит 1:2) И это верно для недельного раздела Ваикра, которая соответствует разделу Терума, «Торе Моисея». Эта глава и начинается словами: «И воззвал (Господь) к Моисею». Она описывает служение совершенного человека, полностью подчиненному своему разуму, от которого очень далека возможность согрешить.

В отличии от этого, в разделе Цав, связанном с разделом Тецаве, разделом Аарона (как нам прояснил рав Давид Цви Хофман, главы «Цав» и «Тецаве» сказаны одна за другой; но часть, которая относилась к построению скинии была записана в книге Исход, а часть имеющая значения для будущих поколений – в книге Левит) — в этом разделе говорится о жертвах с точки зрения обязанности их принесения, тогда как человек стремится избежать их. Как об этом пишет Раши в комментарии на Левит 6:1: «Там, где это связано с материальным уроном – Писание должно обязывать (к исполнению заповеди)». И это глава относится к «Торе Аарона», она приближает тех, кто может согрешить.

Поэтому в разделе Цав грехоочистительные и повинные жертвы приводятся перед жертвами мирными – поскольку в случае, если человек еще не исправил свой грех, то есть опасение, что и в мирных жертвах, не все его побуждения будут ради Небес.

5. Священники как Храмовая утварь

Вторая половина раздела Цав посвящена процессу введения Аарона и его сыновей в должность коhенов.

При этом сами священники рассматриваются как часть Храмовой утвари. Их помазывают маслом, как и другие Храмовые сосуды, их готовят к работе в качестве части системы. Например, на выступающей части жертвенника расположены  так называемые “рога” жертвенника, которые показывают “стремление к Небу” и на которые кропят при служении. У священников символом рогов жертвенника становятся большие пальцы руки и ноги, и мочка уха. У человека органы слуха, действия и передвижения являются «выступающими частями тела»; аналогичную роль играют выступающие рога жертвенника, символизирующие связь с Богом через то, как мы слышим окружающих, как принимаем указания Всевышнего, что делаем, куда идем, и как мы вообще движемся по жизни.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html

Проблема восстановления жертвоприношений

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе: к разделу (3-1) Ваикра – книга Левит, гл. 1-5)

1. Неоднозначное отношение еврейской традиции к жертвоприношениям

“Ваикра”, первый недельный раздел книги “Левит”, посвящен жертвоприношениям в Храме, и в следующих недельных разделах о них тоже немало говорится. Из того, как много места в Торе уделено жертвоприношениям, мы можем понять, что они были весьма важной частью взаимоотношений Бога и человека. Однако наши Мудрецы в качестве “hафтары” (отрывка из Пророков, читаемого в синагоге после недельной главы Торы) к разделу Ваикра выбрали отрывок из Исайи (гл. 44), говорящий, казалось бы, о противоположном: о том, что нельзя придавать жертвоприношениям слишком большое значение, нельзя считать, что они действуют автоматически, и что главным для очищения человека перед Богом являются совсем не жертвы, а раскаяние и исправление грехов.

Отношение к жертвоприношениям всегда было неоднозначным в еврейской традиции. Согласно мнениям одних Мудрецов (представлявшим, в основном, рационалистическую школу в иудаизме), основной целью жертвоприношений в древности было то, что они отдаляли человека от идолопоклонства. Поскольку человек по природе своей очень склонен приносить жертвы Высшему Существу, то в древности он приносил жертвы всевозможным идолам, и не было никакой возможности сразу отдалить его от этого. Согласно этой точке зрения, Тора, учитывая человеческие слабости, повелела нам приносить жертвоприношения Богу прежде всего для того, чтобы мы не приносили их идолам. Иными словами, жертвы Богу становятся как бы способом постепенного отвыкания от жертв вообще, способом продвижения от язычества к чисто духовному уровню служения. Однако большинство наших Мудрецов (и в особенности представители каббалистического направления в иудаизме) были не согласны с таким подходом. Они подчеркивают, что Тора есть вечная Божественная истина, и ее заповеди – а особенно столь центральные, как жертвы, – не могут определяться такой чисто прагматической и преходящей исторической необходимостью, как отдаление древнего человека от служения идолам. Более того, мы знаем, что жертвоприношения приносили еще Адам, Авель и Каин, Ноах – т.е. люди, жившие во времена, когда идолопоклонства еще не существовало – и, значит, жертвоприношения имеют самостоятельное значение. Да и само слово корбан, “жертвоприношение”, происходит от корня карав, “приближаться” – что указывает на суть жертв как способа приближения человека к Богу, а не как средства для отдаления от идолопоклонства.

2. Отношение к жертвоприношениям как к “техническому средству” было одной из причин разрушения Храма

Как это нередко бывает в иудаизме, эти две противоположные точки зрения на жертвоприношения не отрицают, а дополняют друг друга. Человеку необходимо как осознавать важность и величие жертвоприношений, так и помнить, что совершенно неправильно считать жертвы основным моментом искупления. Более того: то, что наши предки зачастую воспринимали жертвы как “верное техническое средство очищения перед Богом” – было одной из причин разрушения Храма и прекращения жертвоприношений. За две тысячи лет изгнания мы должны были научиться очищению и искуплению без жертв – путем раскаяния, собственного исправления грехов, более правильной и нравственной жизни.

3. При восстановлении Храма – замена животных жертв на хлебные

Мы все надеемся что Храм будет восстановлен вскорости в наши дни – но как быть с жертвоприношениями? Нужно ли вообще их восстанавливать? Неужели мы снова будем рассматривать зарезание животных в Храме как одно из центральных явлений нашей духовной жизни? Это как-то совсем не вяжется с нашим миром сегодня – и отнюдь не выглядит как путь к духовности.

Очень необычное решение проблемы предложил рав Кук, а именно: он указал что если весь мир, или по крайней мере еврейский народ, массово перейдет на вегетарианство – то тогда в Храме тоже не нужны животные жертвоприношения, и их можно заменить на хлебные.

И действительно, сегодня нам очень трудно представить себе именно  жертвоприношения животных – создание Храма даже отдаленно напоминающего скотобойню – выглядит чрезвычайно отталкивающе, кошмарно и с этической, и с эстетической точки зрения. А иудаизм не может быть адекватно реализован на анти-эстетических или анти-этических основах. Для современного развития цивилизации животные жертвоприношения являются невозможными, и они не только не пробуждают чувство приближения к Богу, но наоборот выглядит отвратительно.

Что же касается “хлебных жертвоприношений” – то наоборот, это вполне уместная и понятное символическое действие, не имеющее никаких этических и эстетических проблем, и позитивно ощущаемое мистически.

Рав Кук указал, что если мир станет вегетарианским, то Сангедрин (когда будет восстановлен) найдет новое толкование некоторых стихов Торы в соответствии с которым можно будет все животные жертвы в Храме заменить на хлебные. И такой Храм будет вполне уместен.

Надо отметить что довольно быстрый переход мира на вегетарианство, хотя это выглядит фантастикой – совсем не является невозможным, и этот переход будет сделан отнюдь не изменением вкусовых привычек миллиардов людей, а чисто технологически. А именно, сегодня уже есть технология производства мяса для еды путем выращивания его в лаборатории из клеток – так что уже существует возможность приготовить шашлык или гамбургер из “не-мясного мяса”, абсолютно неотличимого от обычного по всем параметрам, которое при этом берётся совсем не из убийства животных. Сегодня такая технология стоит довольно дорого но мы знаем что как только технологии есть, то ее внедрение в массовое производство это вопрос очень недолгий. Поэтому за пару десятилетий (или даже раньше) стоимость “не-мясного мяса” так упадет, что полностью вытеснит мясо обычное – ведь по вкусу и по всем прочим параметрам они будут абсолютно неотличимы. И тогда весь мир перейдет на вегетарианство не этически или гастрономически, а чисто технически.

А как только мир станет вегетарианским – с точки зрения Торы, как считает рав Кук, отпадет необходимость приносить в Храме животные жертвоприношения.

И мы надеемся что Храм, который будет построен вскорости в наши дни, обойдётся перед животных жертвоприношений, и таким образом он будет играть роль приближения человека ко Всевышнему гораздо более успешно.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html

 

 

Соединение подходов Моисея и Аарона

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе: к разделам Ваякhель-Пекудей – книга Исход, гл. 35)

Недельные разделы (10) Ваякhель и (11) Пекудей завершают Книгу Исход. Ранее, в разделах Трума и Тецаве, Моисей получает указания об устройстве Скинии – а теперь, в разделах Ваякhель и Пекудей, описывается само ее сооружение. Т.е. в разделах Трума и Тецаве был теоретический подход, а в Ваякhель и Пекудей дан подход практический. Разделы (10) Ваякhель и (11) Пекудей, два последних недельных раздела Книги Исход, рассказывают нам о реализации святости в еврейском народе, о построении переносного Храма, Скинии. То, что сначала было показано Моисею наверху, на горе Синай, – теперь реализуется внизу, в нашем мире.

В этом практическом описании очень многое повторяется из сказанного ранее в теоретическом. А поскольку в Торе нет “просто повторения” – то это означает, что нам сообщается нечто новое. Например, можно понять это как “практическое осуществление это нечто иное, чем предварительный теоретический план”. Когда мы делаем что-то практически – то наши действия имеют совсем иной смысл, чем когда мы это только планируем – и именно поэтому Тора описывает все детали постройки еще раз.

При этом в описании практического построения Храма есть важные отличия от его теоретического описания – прежде всего, это относится к последовательности действий, что показывает изменение в понимании соотношения частей Скинии.

Как мы уже обсуждали, есть два линии понимания Храма и Торы – подход Моисея, правая сторона, при которой главное в Храме это Откровение –  и подход Аарона, левая сторона, при которой главное в Храме это Искупление. Откровение продвигает, приближает человека к Богу –  а искупление поддерживает, не дает упасть и развалиться.

Когда Храм описывается как идеал, в разделах Трума и Тецаве, то подходы Моисея и Аарона приводятся отдельно, – и этот разрыв подчеркивается тем, что Моисей находится наверху, на вершине горы, а Аарон внизу, с народом. Из-за такого разрыва в руководстве начинается кризис, приведший к созданию Золотого Тельца. Таким образом, идея полного разделения Откровения на две отдельные линии, Моисея и Аарона – эта идея проваливается.

После кризиса и произошедшего швират келим, “разлома сосудов”, наступает стадия тикун, “исправления, починки”, когда две линии соединяются. Лишь при таком соединении Божественное Учение приобретает устойчивость; а поэтому Ваякhель и Пекудей – это разделы не только строительства Скинии, но и устойчивости Скинии и Торы вообще.

И главная основа устойчивости Храма – переплетение подхода Моисея и подхода Аарона. В целом, Ваякhель – это раздел Моисея (Храм и его сосуды), а Пекудей – раздел Аарона (что выражается в описании одежды священников, и также в отчете об израсходованных материалах, необходимость которого есть следствие греховности человека). Но при этом в каждый из разделов включаются элементы, свойственные противоположному подходу – и этим они уравновешиваются.

Раздел Ваякhэль начинается с того, что Моисей «собрал все общество сынов Израиля» (Исх. 35:1) – потому что в построении Храма должен участвовать весь народ. Построение Храма – это не дело частного, отдельного человека, не может отдельная группа людей, какими бы выдающимися они ни были, строить Храм на основании личного решения. Оно может быть только делом всего народа, – и именно поэтому дальнейшая традиция нам говорит, что Храм должен построить Машиах. По сути, Машиах это не обязательно царь как личность, это общее состояние эпохи – и поэтому еврейское государство в Стране Израиля, объединяющее народ, тоже является категорией Машиаха. Таким образом, только государство и народ в целом могут строить Храм.

Однако народ в целом не может основываться только на одной линии, Моисея или Аарона, быть только на левой или на правой стороне. И поэтому соединение двух линий – это необходимый фундамент, на базе которого народ может устоять и действовать.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

Покрывало на лице Моисея

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе: к разделу (2-9) Ки Теце – книга Исход, гл. 34)

(29) А когда Моше сходил с горы Синай, и обе скрижали откровения в его руке – то лицо его сияло лучами от разговора с Богом.

(30) И Аарон и все сыны Израиля увидели, что лицо Моше сияет, и боялись подойти к нему.

(31) И Моше позвал их, и разговаривал с ними, и заповедал им все, о чем Господь говорил с ним на горе Синай.

(33) И когда Моше окончил говорить с ними, он опустил на свое лицо покрывало.

(34) Когда же Моше приходил пред Лицо Господа, чтобы говорить с Ним – то снимал покрывало, пока не выходил, а выйдя пересказывал сынам Израиля то, что ему заповедано.

(35) И сыны Израиля видели, как лицо Моше сияло – и потом Моше опять опускал покрывало на лицо свое.

Лицо Моисея было закрыто покрывалом в течение всех 38 лет хождения по Пустыне. Моисей снимал покрывало только во время передачи Учения – когда воспринимал откровение от Бога, или когда сам обучал народ, в это время его лицо было открыто и светилось. Но всё остальное время народ не видел лицо Моисея, а Моисей не видел жизни народа. Моисей жил вне стана, рядом с Богом – а народ жил отдельно.

 

Это отстранение Моисея от жизни народа – привело к потере взаимопонимания между ним и новым поколением, выросшим в Пустыне. Моисей не понимал трудностей и чаяний этого нового поколения, которое сильно отличалось от поколения Исхода – а тот, кто не понимает людей, не может правильно интерпретировать их проблемы, а поэтому не может быть руководителем. Когда в очередной критический момент кончилась вода и начался ропот, то Моисей не понял проблему, неправильно отреагировал на нее и в итоге ошибся и ударил посохом о скалу – и за это был смещен с руководства народом и не вошёл в Страну Израиля

 

Так случается с каждым великим духовным лидером. Постепенно вокруг всякого лидера образуется группы его советников и их ближайших помощников, и тогда он начинает видеть мир через это “покрывало”, и не общается с простыми людьми – и поэтому постепенно перестает понимать проблемы нового поколения, и уже не может на них адекватно реагировать.

Поэтому есть очень важный позитивный аспект в том что лидеры сменяются – одни уходят, и на их место приходят другие. Совершенно необоснованно представление, что если бы прежние духовные лидеры вдруг вернулись бы в нашу жизнь, то они могли бы дать адекватный ответ на вопросы нашего поколения. Это совершенно не так: прежние духовные лидеры понимали то поколение, в котором они выросли и сформировались – и поэтому их ответ отнюдь не был бы адекватным для нового поколения.

 

Поэтому только мы сами, представители своего собственного поколения, –  можем найти решение тех задач, которые стоят перед нашим поколением.

————-

Конечно, это не значит, что покрывало было просто случайностью или “неправильностью”. Есть очень важная необходимость в том чтобы отключиться от бытового мира для того чтобы можно было подняться в высшие миры. Поэтому Моисей, например, не мог получить Тору внизу, для этого ему было обязательно нужно отделиться от народа, подняться на гору Синай. (И для аналогичной цели нужно покрывало – этот такой же элемент отключения от нижней, бытовой жизни). Однако именно это послужило причиной создания Золотого Тельца и разбиения скрижалей. Т.е. эти вещи взаимосвязаны – для того, чтобы контактировать с высшими мирами, совершенно необходимо некоторое отключение от бытовой жизни – а с другой стороны, именно оно является причиной потери контакта с окружающими. В идеале эти вещи должны быть в равновесии, но этого трудно достигнуть.

В частности, в дальнейших книгах Торы нет упоминания про  покрывало – но при этом мы видим в книге Чисел, что после 38 лет в Пустыне контакт Моисея с новым поколениям утерян. Частично он был восстановлен после завершающего года путешествия по пустыне, в книге Второзаконие – но тем не менее Моисей уже не мог восстановить контакт до такой степени чтобы руководить народом. Таким образом, это вопрос двойственный: и с одной стороны отделения необходимо, с другой стороны оно приводит к потере взаимопонимания.)

——✶——

 

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

 

Война с Амалеком

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе: к субботе перед Пуримом

Суббота перед праздником Пурим – это Шабат Захор, “Суббота памяти о войне с Амалеком”. Заповедь этой войны дана в Торе так:

“Помни, что сделал тебе Амалек на пути, при Исходе из Египта. 

Как он напал на тебя в дороге и перебил у тебя всех отстающих и ослабевших, а ты был изнурен, утомлен, и не боялся Бога. 

И вот, когда Господь, Бог твой, даст тебе в твоей земле покой от всех врагов твоих – сотри память об Амалеке из поднебесной; не забудь”. (Второзаконие 25:17).

Почему об Амалеке, единственном из еврейских врагов, есть специальная заповедь “помнить”? И почему здесь подчеркнуто “и не боялся Бога” – какое это имеет отношение к войне? И что значит “ты был изнурен, утомлен”?

Обычно Амалека отождествляют со всеми “принципиальными врагами евреев”, слова “и не боялся Бога” относят к Амалеку (“он не боялся Бога и поэтому напал”), а смысл “памяти” понимается как “не забудь уничтожить врага, а то он опять нападет”.

Однако возможно и иное прочтение.

При нем главной характеристикой Амалека является “нападение по дороге, при Исходе”. Амалек появляется только в процессе Исхода, он является порождением (оборотной стороной) самого Исхода. Слова “и не боялся Бога” относятся к евреям (а не к Амалеку). А помнить об Амалеке нужно из-за того, что он встречается в еврейской истории очень редко – только тогда когда происходит Исход, а это было всего три раза за всю еврейскую историю.

Исход это ситуация ухода из Изгнания и возвращения в Страну, и это было при уходе из Египта (построение Первого Храма), возвращении из Вавилона (построение Второго Храма), и третий раз сегодня – когда еврейский народ собирается в своей Стране для построения Третьего Храма.

И в каждый из этих Исходов есть проблема “боязни Бога” – вроде бы уже можно идти, но часть евреев не верит в это, не верит что нас ведет Всевышний, и поэтому отстает. Именно на них нападает Амалек.

Первый раз это было нападением при Исходе из Египта. Надо было идти вперед, но евреи медлили, им во всем виделись проблемы – и поэтому пришел Амалек. Только победив в войне, египетские рабы почувствовали себя полноценным народом, и смогли пойти на гору Синай получать Тору.

Второй раз это было когда евреи выходили из Вавилона и строили Второй Храм. Казалось бы, царь Кир дал разрешение, нужно было всем возвращаться в Иудею – но народ медлил, “не боялся Бога”. В итоге против евреев встал Аман, произошла история Пурима  – и именно тогда евреи осознали значение Торы, “еще раз сами приняли ее на себя”.

И третий раз это произошло в нашем веке. Казалось бы, есть Декларация Бальфура и разрешение Лиги наций. Но еврейский народ медлит, он не верит что исторический процесс ведет Всевышний – и тогда пришла Катастрофа Второй мировой войны и во время этой войны Амалек сегодняшнего дня.

При этом войну с Амалеком нельзя рассматривать в категориях “награды и наказания”. Не потому Амалек приходит что некоторая часть евреев виновата и “отстает” – а потому что в процессе Геулы отставание неизбежно. И так же Амалек неизбежен. Потому что победа над Амалеком  – это необходимая часть Исхода.

Победа над Амалеком нужна для того, чтобы научить евреев вере в Бога. Вера – это не просто соблюдение заповедей. Вера – это доверие Богу, который управляет миром вокруг нас, это доверие к тому что исторический процесс это и есть проявление Бога на земле.

И поэтому сегодня вера в Бога – это понимание роли Государства Израиля как трона Божественного присутствия в мире. Продвижение такого уровня веры – это и есть сегодня “стирание памяти об Амалеке”.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

Передача Торы человечеству

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу (2-5) «Итро», книга Исход, гл. 18

1. Дарование Торы – только после появления праведных неевреев

(1) И услышал Итро, жрец Мидьянский, тесть Моисея, что Господь вывел Израиль из Египта.

(10) И сказал Итро: Теперь познал я, что Господь выше всех богов.

В разделе “Итро” даны Десять заповедей, самые главные принципы отношений с Богом. При этом она называется по имени Итро, нееврея.

И это неслучайно – между Дарованием Торы и неевреем Итро есть важнейшая внутренняя связь.

Одно из толкований этой связи таково: пока среди народов мира нет человека, подобного Итро, готового услышать и получить Тору, – Тора не может быть дарована даже и еврейскому народу. Тора дается евреям только тогда, когда среди неевреев начинают появляться люди, созревшие до ее понимания.

Во время событий Исхода уже есть две группы неевреев, готовых к восприятию Торы: первая – “эрев рав” (“большое смешение”, люди, вышедшие с евреями из Египта), вторая – Итро и люди вокруг него. Обе группы присоединяются к евреям, но по-разному, давая две модели связи неевреев с еврейством.

Эрев рав полностью интегрируются в еврейское общество и становятся частью еврейского народа.

Итро же привлечен религиозно-философскими соображениями, идеей святости – но он не хочет терять свою национальную идентичность, и поэтому не становится евреем. Эта его «национальная отделенность» совсем не является недостатком – наоборот, благодаря этому он несет Божественное Откровение своему народу, формирует схему передачи еврейской религиозной идеи человечеству.

Подобно тому, как идея святости, выдвигаемая Авраамом, могла появиться только после проявления в мире идеи справедливости, сформулированной законами Хаммурапи, – так и Моисей мог приступить к исполнению своей миссии только после того, как появился Итро. Морально-этическое развитие цивилизации есть необходимое условие появления еврейского народа и его перехода к дальнейшим стадиям развития – потому что цель еврейского народа это продвижение всего человечества, а не только самого себя. Евреи это инструмент воздействия Бога на человечество, а инструмент можно использовать только тогда, когда ситуация хотя бы минимально подготовлена к этому.

2. Тора из Иерусалима – для всего человечества

Еще в самом начале еврейской истории, при избрании Праотцев – Тора говорит, что Всевышний избирает еврейский народ для того, чтобы “благословились через него все племена земные”. Т.е. смысл избрания это продвижение всего человечества, евреи избраны только для того, чтобы помочь продвинуться всем другим народам.

При Даровании Торы мидраш добавляет, что Всевышний хотел дать Тору всему человечеству, и Он предлагал ее каждому народу – но все отказывались, поскольку Тора в чем-то не соответствовала этически-религиозным установкам того или иного народа, и одни только евреи согласились принять Тору. Т.е. на этапе Синайского Откровения еврейский народ оказался избранным лишь потому, что был единственным, кто согласился таким избранным стать.

Однако далее Тора будет передана всему человечеству, как это описано в знаменитом стихе из книги пророка Исайи (2:3): «ибо из Сиона будет исходить Тора, и слово Бога – из Иерусалима».

Для еврейского народа не нужно чтобы Тора исходила из Сиона и Иерусалима – евреи получили Тору еще на Синае. Но далее евреи перенесли ее вместе с собой в Ханаан, в Сион и Иерусалим. Еврейский народ опробовал на себе Божественное Учение, впустили его в свою жизнь, и через это он добавил к Торе книги Пророков и Писаний, превратив Тору в Танах, Еврейскую Библию. И тогда Тора стала доступной всем народам, и поэтому Сион и Иерусалим – это место, из которого исходит Тора уже для всего человечества.

Причина отказа других народов брать Тору на Синае состояла в том, что «Тора Синая» слишком небесная – т.е. трансцендентная, далекая от обычной, естественной жизни, непонятная и потому недоступная. Однако после того, как Тора проходит через Сион, через Иерусалим, через историческую жизнь еврейского народа, – тогда Божественное учение перестает быть только «Торой небесной» и облекается в Танах, вполне укорененный на земле. А тогда уже и народы мира могут начать перенимать Божественный свет.

И действительно, только после того, как Тора превратилась в Танах – народы мира заинтересовались ею, и не только перевели и прочитали на своих языках, но и основали на ней все свои религиозные установления. Иными словами, все народы воспринимают Божественный свет не прямо с Неба, но только после того, как он пройдет через всю еврейскую историю, через нее человечество получает Божественный свет. Именно поэтому народы называют ее «священной историей» и она занимает такое важное место в истории всего человечества.

Сион (= еврейская история) это имманентное (т.е. присущее обыденной жизни) Божественное откровение, которое является добавлением к Божественному откровению трансцендентному (т.е. с Неба, на Синае) – и это добавление необходимо для того, чтобы Откровение могло быть воспринято всем человечеством.

Таким образом, Учение для еврейского народа – это не цель Бога, а передаточное звено. Евреи спускают Тору с неба на Синае, идут в Сион, перерабатывают ее в более “очеловеченный” Танах, и дальше передают всем народам мира. Передача человечеству Божественного света – это и есть еврейская миссия.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

Тора не как Закон

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе – к разделу (2-4) «Бешалах», книга Исход, гл. 13)

1. Изменение маршрута в процессе Исхода

Обычно Дарование Торы на горе Синай воспринимается как центральный момент еврейской истории – но если мы внимательно читаем книгу Исход, то оказывается, что этого не было в первоначальных Божественных планах!

А именно, Тора рассказывает:

(13:17) И было, когда Фараон отпустил народ, Бог не повел их по дороге земли Филистимлян, ибо близка она; чтобы, сказал Бог, не передумал народ при виде войны и не возвратился бы в Египет.

(18) И Бог повел народ дорогой пустыни, к Тростниковому морю…

Таким образом, поначалу предполагалось вести евреев напрямую в их Страну – и этот план был изменен из-за неготовности евреев к войне, и поэтому Бог повел евреев через пустыню, в которой была дана Тора. Таким образом, дорога через пустыню и получение там Торы были вынужденным решением, принятым постфактум.

Причина этих изменений планов Бога такова: по исходному плану евреи должны были провести в Египте 430 лет, а провели только 210, и поэтому Иециат Мицраим (буквально «Исход Египта», выход самого Египта из состояния рабства на свободу и к диалогу с Богом) состоялся не в таких масштабах, в каких должен был. Только относительно небольшая группа египтян примкнула к евреям, остальные же остались порабощенные в Египте. Именно в этой «неполноте Исхода», в его малочисленности состоит причина неготовности к войне с филистимлянами – и, соответственно, изменение планов Бога, на которое указывается в этих стихах.

Исходным Божественным планом было сразу по выходе из Египта привести евреев в Землю Израиля, а не на гору Синай. Но евреи не выдержали запланированных 430 лет в рабстве, их исход был «преждевременным» и они не были готовы к войне, поэтому план пришлось менять и вести их по другой, длинной дороге.

А это означает, что стояние у Горы Синай и Дарование Торы – это вынужденное действие, не запланированное заранее. Формализация Божественного Учения в виде закона (даже и Божественного Закона) вовсе не является идеалом, в идеале Тора должна быть для всего народа естественной, «самопонимаемой», какой она была для Праотцев. Этот идеал не был отменен, но был перенесен на мессианские времена, а пока что людям был выдан Закон.

Видимо, Бог изменил Свои планы не в самый момент Исхода, а за 80 лет до этого, когда Он послал Моисея воспитываться в доме Фараона, чтобы тот приобрел египетские представления об устройстве государства – и потому Моисей понимал необходимость законодательной регламентации жизни народа, что соответствует Синайскому Завету.

Это совсем не означает, что миру не нужна Тора. Конечно, она не только необходима миру, но и «предшествует ему» (мидраш говорит, что Бог «смотрел в Тору и создавал по ней мир»). Но при Исходе Тора была оформлена в упорядоченный свод законов – именно потому, что выход из Египта произошел слишком рано, и народ в ту пору (как, впрочем, и сегодня) не был, в отличие от Праотцев, в состоянии воспринимать «интуитивное Божественное учение, основанное на идеалах».

2. Проблематичность статуса Торы как закона

Концепция, воспринимающая Дарование Торы как вынужденную меру, поначалу кажется довольно странной для иудаизма, а в популярной еврейской религиозной литературе, как правило, законы Торы превозносят как идеальные. Но на самом деле аномистстическая ( = отрицающая закон) линия глубоко укоренена в иудаизме. Например, она подчеркивает что на Синае Тора была дана евреям «насильно» и утверждает, что «в мессианские времена ограничительные законы отменятся», и, при этом не будет один человек учить другого, а все будут самостоятельно понимать Тору благодаря Божественной искре в самом себе.

Здесь надо особенно подчеркнуть, что речь совсем идет не об отмене Торы в мессианские времена – но о том, чтобы заповеди перестали быть «законом», изменили свой статус. В мессианское время заповеди Торы, вместо того, чтобы быть упорядоченным сводом правил, становятся внутренним руководством к действию. Так ощущали Тору Праотцы, которые реализовывали заповеди не ориентируясь на формальные законы. Заповеди были для Праотцев “естественными, внутри-понятными ценностями” – и этот уровень гораздо выше, чем тот, на котором заповеди являются “законодательными нормами”. Однако, пока еврейский народ (и все человечество) еще не поднялось на такой уровень – до тех пор законы не могут быть отменены. Еврейская мессианская цель это общество, построенное на идеалах и любви (а не на законах и принуждении) -однако попытка построить такое общество немедленно, «отменить закон» преждевременно, пока человечество еще и близко не готово к этому – это лже – мессианство.

(Одним из показателей готовности человечества к «отказу от закона» является, например, полное искоренение насилия (как говорит Исайя 2:4 «перекуют мечи на орала») – до чего человечеству сегодня, конечно, еще весьма далеко).

При этом из-за того, что еврейский народ принял законы Торы по принуждению, – во всех поколениях находятся люди, которые хотят сбросить с себя ярмо закона. Их души чувствуют, что этот закон насильственный, что он навязан им, а не принят свободно – но при этом они не осознают, что мир еще не пришел к такому уровню духовного развития, когда закон может быть заменен ценностями и идеалами. И поэтому деятельность этих людей является разрушительной, при том что их мотивы имеют определенный позитивный смысл. Но одновременно с пониманием преждевременности отмены закона – важно устремление к тому, чтобы в будущем на смену закону основой жизни стали внутренне осознанные ценности и идеалы.

А поэтому идеализировать Божественный Закон тоже будет перебором – и для правильного развития еврейскому народу необходимы не только мудрецы, сохраняющие Закон, но и бунтари, которые время от времени восстают против этого Закона. Они нарушают и разрушают, но это разрушение уменьшает слепое преклонение перед Законом, и это тоже важно.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

Присоединение неевреев к еврейскому народу

Пинхас Полонский

При описании Исхода Тора говорит

(12:37) И сыны Израиля [вышли из Египта] около 600 тысяч пеших мужчин, не считая детей.

(38) А также многочисленная толпа иноплеменников вышла с ними, и мелкий и крупный скот, стадо весьма большое.

“Многочисленная толпа иноплеменников”, Эрев рав, «большое смешение» – это неевреи, присоединившиеся к еврейскому народу и далее ставшие евреями.

Таким образом с самого начала рождения еврейского народа он создаётся не на чисто генетической основе – наоборот присоединение к евреям людей из других народов мыслится как фундаментальное еврейское характеристика; еврейскому подходу абсолютно чужд расизм.

Причем отметим, что эти люди не присоединялись к евреям пока те были в рабстве – но присоединились в процессе Исхода.

Такая ситуация была и в последующие века: когда еврейский народ был в изгнании, присоединяющихся относительно мало, когда еврейский народ выходит в самостоятельную жизнь, их сразу становится гораздо больше.

Внешне это можно пытаться объяснять прагматическими причинами – люди не очень-то хотят присоединиться к тем, кого преследуют, а когда присоединяться удобно и легко, это сразу становится более популярным.

Но на самом деле за примитивным “прагматическим объяснением” есть и внутренняя, духовная причина. Она в том, что народ, находящийся в ситуации Изгнания, духовно слаб, и не может выдержать большое присоединение. А когда народ духовно возрастает при процессе Освобождения, его силы несравненно увеличиваются, и он может присоединить гораздо больше.

Присоединение прозелитов – непростой процесс, и зачастую прозелиты поначалу в чем-то неправильно понимают еврейский подход к миру.

Разница ментальности и дает себя знать, особенно  в критические моменты – и неслучайно Талмуд говорит о том что именно присоединившиеся египтяне выступили инициатором создания золотого тельца и за ними уже пошёл остальное народ (Хотя Торах прямо это не говорит).

Но проблема это всегда с одной стороны сложность а с другой стороны возможность для продвижения. И присоединение прозелитов чрезвычайно важно для еврейского народа.

Оно является не вынужденной уступкой, а абсолютно фундаментальным свойством еврейства.  Задачей еврейского народа является вовсе не продвижение себя и не собственные успехи, а раскрытие божественного Света всему человечеству. Те люди которые присоединяются к нам из других народов, хотя иногда это может вызвать сложности – на самом деле совершенно необходимы как мост между евреями и человечеством. (В наше время это также движение Бней Ноах, т.е. неевреи исповедующие иудаизм – но об этом в другой раз).

Поэтому ни в коем случае не следует воспринимать эрев рав как «лишних людей» – наоборот, это необходимая часть еврейского народа, без которой он не может реализовать свою задачу.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

Десять Казней как Откровение для Египта

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе – к разделу (2-2) «Ваэра», книга Исход, гл. 7-9)

1. Божественное Откровение дается Египту, и только потом Израилю

Читая Книгу Исход, мы обнаруживаем, что первый народ, которому раскрывается Бог – это не евреи, а египтяне! Это поначалу кажется неожиданным, но Тора говорит об этом прямо: казни египетские нужны для того «чтобы узнали египтяне, что Я – Господь» (14:4) – а вовсе не для того «чтобы об этом узнали евреи». Откровение для евреев происходит на горе Синай при Даровании Торы, а Десять казней это откровение для египтян, и оно произошло раньше, чем откровение евреям.

Древний Египет (через Грецию и Рим) является первоначальным источником всей Западной цивилизации, поэтому откровение Египту это откровение для всего человечества. Вначале, при Исходе, Бог должен открыться всем, чтобы затем на Синае дать евреям задачу  нести человечеству Его послание. Евреи не могли бы сдвинуть человечество с его «природных» позиций, если бы сначала Бог эти позиции не поколебал, и Он сделал это египетскими казнями.

В египетской культуре содержится необычайно сильное Божественное начало, но оно подавлено преклонением перед природой. В первый раз Египет упоминается во 2-й главе книги Бытие, где описаны реки выходящие из Райского сада (Быт. 2:13). Т.е. Египет черпает свою духовность прямо из Райского сада, но пользуется ею неправильно. Египет исповедует идеологию детерминизма – “ничего нельзя изменить, всё движется по предначертанному пути, никто не имеет свободы изменить это”, он превращает людей в рабов природы – и поэтому он назван «дом рабства» (20:2), и должен быть разрушен.

Откровение Египту заключается в разрушении египетской самоуверенности, в разрушении опоры на природу, на ее цикличность и детерминизм. При разрушении этих установок высвобождается Божественная основа египетской цивилизации, часть из которой евреи должны были унести с собой. И именно это является тем «опустошением Египта» (3:22), которое сопровождает Исход.

2. Десять казней как предисловие к Десяти Заповедям

Мидраш связывает Десять казней и Десять заповедей – с Десятью речениями Бога, которыми сотворен мир.

Линия развития мира выглядит тогда следующим образом: Десять речений Сотворения, которые даны в начале книги Бытия, скрывают Бога (т.к. суть Сотворения – это сокрытие; Бог не проявляется явно в окружающем мире, чтобы мы могли обрести в нем самостоятельность и автономность). Однако приходит время Откровения, когда внутри этого мира, который скрывает Бога, вдруг возникает линия Его явного проявления. Это проявление Бога происходит в две стадии: сначала совершаются Десять казней, которые разрушают предыдущую систему взглядов, а потом происходит дарование Десяти заповедей, которые создают новую систему взглядов.

Таким образом, Откровение, которое Бог дает египтянам – это Откровение разрушения прежней модели мироздания.

Египет был уверен в детерминизме природы, и Десять казней разрушили этот статический порядок. В результате, «большая толпа египтян» (12:38) присоединяется к еврейскому народу и выходит с ним из Египта. Это Иециат Мицраим – не только, как его обычно переводят, «Исход из Египта», но и буквально «Исход Египта», выход самого Египта из его прежних представлений и присоединение его к еврейской линии. «Исход Египта» не был всеобщим, его совершила лишь небольшая часть египетского народа, но и это было очень важно для реализации целей Исхода.

Десять речений – это инструмент Сотворения мира, а Десять заповедей – это инструмент Откровения. Между Творением и Откровением стоит Египет, преклонение перед бездушными законами природы, без свободы, без личного начала и без цели.

Египет не хочет дать евреям уйти, – потому что, по его представлениям, свободы нет и быть не должно. В современном мире это характерно для социально – детерминистических идеологий, типа марксизма – утверждающего, что обществом управляют природные, социальные и экономические законы, а личность значения не имеет. Поэтому неслучайно в нашем веке, при современном Исходе и собирании еврейского народа в Стране Израиля, – одним из этапов этого было разрушение СССР, не выпускавшей евреев всеобщей империи рабов, государства похожего на древний Египет больше чем какая – либо другая страна за всю историю человечества.

3. Постепенность казней и мировая роль Фараона

Ни одного человека в истории Бог не убеждал столь настойчиво и долго, как Фараона. Почему это было необходимо, почему нельзя было вывести евреев из Египта против согласия Фараона, почему мнение Фараона столь важно?

Фараон властвует над Египтом не только в политическом, но и в культурном смысле, он лидер Египта. Сам же Египет в ту эпоху это центр мировой цивилизации, венец развития человечества. Направление, которым пойдет Египет, определит путь мировой истории – а поскольку фараон руководит Египтом, то именно от него зависит, в каком направлении пойдет история человечества. И это огромная ответственность, и огромное влияние.

Поэтому в процессе Исхода давление на фараона нарастает медленно и постепенно, чтобы он шаг за шагом убеждался в ошибочности своей позиции. Бог стремится совсем не к тому, чтобы заставить Фараона подчиниться – Он стремится изменить его восприятие, чтобы это повлияло на весь окружающий мир.

Речь идет не только о согласии Фараона отпустить евреев – но прежде всего о том, чья история и культура станут основой для дальнейшего развития цивилизации. Фараон утверждает, что основа это Египет, а Израиль вторичен, Моисей же считает наоборот.

Казни постепенно привели Фараона к изменению взгляда на мир. к пониманию первенства Израиля – и только когда это было достигнуто, Евреи ушли из Египта.

——✶——

Данная статья основана на комментарии к Торе «Библейская динамика» http://ejwiki-books.com/pvd.html  

 

 

Избрание Моисея

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе – к разделу (2-1) «Шемот», книга Исход, гл. 3-4)

1. Моисей не хочет выводить Евреев из Египта

(3:10) И Господь сказал Моше: иди, и Я пошлю тебя к Фараону; и выведи народ Мой, сынов Израиля, из Египта.

(11) И Моше сказал Богу: да кто я такой, чтобы мне идти к Фараону и чтобы я вывел сынов Израиля из Египта??

(4:1) И Моше отвечал, и сказал: но ведь они не поверят мне и не послушают голоса моего

(10) И Моше сказал Господу: прошу Тебя, Владыка! я ведь и говорить не могу….

(13) И Моше сказал: О, Господи! Пошли через кого-нибудь другого!

(14) И возгорелся гнев Господа на Моше, и Он сказал: ИДИ!!! и Аарона дам тебе в помощники…

Моисей пять раз подряд отказывается, под разными предлогами, идти выводить евреев из Египта – пока Всевышний силой приказа буквально выталкивает его на эту должность.

2. Почему Бог посылает именно Моисея?

Ситуация, в которой Бог столь долго уговаривает Моисея взять на себя миссию Исхода – показывает, что Моисею не было замены, поскольку никто другой в том поколении не мог быть подходящим национальным лидером. И причина здесь не только в качествах Моисея – который выдающийся праведник, смиренный и деятельный одновременно – но и в том, что только он один имеет для этого соответствующую подготовку.

Моисей соединяет в себе три линии самоидентификации: еврейскую, египетскую и мидьянскую. Он обладает такой широтой взглядов, какой нет ни у какого другого еврея в его поколении. Кроме этого, лидер с самого начала должен смотреть на мир глазами свободного человека, человека мира а не человека места. Так, Аарон не в состоянии возглавить Исход, потому что он привык жить с евреями в рабстве и поддерживать их в трудные минуты, но он не понимает, как функционирует Египет как государство, и тем более как соотносятся между собой народы мира, каковы пути развития человечества. Моисей же, воспитанный как свободный человек в доме фараона, обладает одновременно еврейским и египетским мироощущением, а затем в Мидьяне, при взгляде со стороны на столкновение государств и народов, обретает новый, “международный” взгляд на мир.

Ни у одного другого еврея той эпохи, кроме Моисея, нет ни этих знаний, ни этого понимания. Чтобы вывести евреев из Египта, нельзя быть просто частью народа, нужно находиться слегка в отдалении, чтобы суметь увидеть перспективу.

Из всех евреев того времени Моисей был единственным, кто провел большую часть жизни во внешнем, нееврейском мире, и ощущал общемировую перспективу. Исход из Египта – событие мирового масштаба, поэтому лидер евреев должен быть, с одной стороны, частью еврейского народа, с другой стороны, ему необходимо понимать, как устроено государство и как им управляют, и с третьей стороны, он должен ощущать общечеловеческую универсальную перспективу, чтобы понимать смысл происходящего. Иными словами, еврейский лидер должен быть человеком, стоящим между всеми мирами. Моисей был таким человеком, и поэтому только он, и никто другой должен был вывести евреев из Египта.

Современная иллюстрация к этому – историческая необходимость в ассимилированном Герцле, основавшем политическое сионистское движение, которое привело к созданию Государства Израиля, Исходу нашего времени. Еще до Герцля были раввины, говорившие о необходимости переселения в Страну Израиля и создания государства, – но никому из них не приходило в голову, что для этого нужно провести международную конференцию, осветить ее в средствах массовой информации, вести переговоры с великими державами и так далее. Деятельность такого рода была им совершенно не свойственна и непонятна. Поэтому традиционные евреи в принципе не способны были создать действенное сионистское движение.

3. Моисей и Аарон как эталон братства

Важнейшая характеристика Аарона – это то, что он радуется выдвижению младшего брата.

Братские отношения крайне сложны. Сама история человечества начинается с убийства Авеля его братом Каином, после чего беспрерывно идут конфликты между братьями: Ицхак и Ишмаэль, Яаков и Эсав, продажа Иосифа его братьями и т.д. В истории человечества братские отношения – главная территория конфликтов.

В то же время, именно братство должно, в идеале, стать основой общества, как на уровне народа и государства, так и на уровне всего человечества. Однако, чтобы достичь этого, человечеству предстоит еще проделать долгий путь.

Рождение младшего брата обычно очень тяжело для старшего ребенка. Сначала он был у родителей единственным, и весь мир крутился вокруг него. Вдруг появился еще кто-то, и он перестал быть единственным, а стал «одним из». Поэтому у старшего сына в большинстве случаев есть напряженность по отношению к младшему брату.

Проблема братства начинается с вопроса: «Почему тебе досталось больше, чем мне?» Братья делят общее наследство, и здесь возникает зависть. А зависть способна разрушить и семью, и общество, и даже государство.

Зависть – феномен парадоксальный. Она чрезвычайно вредна, но в то же время именно она – двигатель прогресса. Человек стремится получить то, что есть у другого, потому что он завидует ему. Это огромная сила, и лишь от нас зависит направить ее на добро или на зло.

Поэтому невозможно решить проблему братства путем отказа от этого чувства, путем «альтруизма». Можно исправить ситуацию лишь перенаправив это сильное чувство в конструктивное русло, отказавшись от стремления к равенству в пользу дополнительности. Не нужно стремиться к одинаковости, не нужно переживать «почему у него есть, а у меня нет?» – но нужно осознать себя вместе с другим как единое целое и радоваться общим достижениям. Только в случае, когда братья ощущают, что они вместе владеют единым наследием, что они дополняют друг друга, «я дополняю тебя тем, чего нет у тебя, а ты дополняешь меня» – возникает настоящее братство.

Именно этого уровня достиг Аарон: «он увидит тебя и возрадуется». Между Моисеем и Аароном устанавливается чувство дополнительности, а не равенства, – и Аарон рад этому, он согласен на первенство Моисея. В этом заключается величие Аарона, и именно это дает Моисею и Арону возможность вывести евреев из Египта. Они овладели уровнем позитивного братства, и этим исправили грех Каина и Авеля.

Чувство дополнительности берется прежде всего из ощущения общей миссии. Именно это было главным в отношениях Моисея и Аарона, и именно на этом можно построить братство внутри целого народа, а в дальнейшем и человечества.

Камни Страны Израиля оживляют еврейский народ

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу (1-12) «Вайехи», Бытие гл. 50

1.     Связь с Хевроном изменила Иосифа

(4) А когда прошли дни плача по Яакову, сказал Йосеф придворным Фараона, говоря: если я приобрел благоволение в очах ваших, то скажите в уши Фараона следующее:

(5) Отец мой заклял меня, сказав: вот, я умираю; в могиле моей, которую я выкопал себе в земле Ханаанской, там похорони меня. А теперь я взойду и похороню отца моего, и вернусь.

Раздел «Вайехи» завершает книгу Бытия, и в нем показана трансформация Иосифа из человека, который хотел переустроить Египет – в того кто понимает, что не имеет смысла пытаться построить избранный народ на базе Египта. Еврейский народ должен связывать свои надежды именно со Страной Израиля и реализовывать еврейскую жизнь там.

Раздел начинается с того, что Яаков и его семья довольно хорошо живут в Египте, их материальное и психологическое состояние очень неплохое, Иосиф их кормит. И тут выясняется, что когда Яаков перед смертью призывает Иосифа и просит похоронить его в Хевроне в пещере Махпела – то эта просьба очень сложна для Иосифа. Он теперь уже не премьер-министр Египта и не может просто так этим распоряжаться, и более того, он вынужден обратиться к другим сановникам фараона за помощью. И эта необходимость обращения за помощью, даже в таком совершенно мелком семейном деле – показывает Иосифу, что все его надежды на переустройство Египта были тщетны.

В конце концов, Иосиф получает разрешение на похороны Якова в Ханаане, но эта история очень меняет его, и поэтому впоследствии, перед смертью, Иосиф просит братьев взять с собой его кости, когда Всевышний будет выводить их из Египта; и далее книга Исход рассказывает нам, что это так и произошло.

Связь с Хевроном и пещерой Махпилой оказалась важнейшей вещью, которая изменила Иосифа, направила его способности в материальном переустройстве мира на поддержку еврейского народа в своей стране, а не на чужих для него египтян.

2.     Связь с Хевроном – основа возрождения Израиля

Это учит нас важной вещи в наше время: связь с Хевроном совершенно необходима для Израиля, для реализации еврейским государством своего потенциала.

Иногда некоторые люди говорят: «Зачем вам нужен Хеврон с его древними камнями? Нам нужна современная жизнь – а древние камни нас не интересуют». Но на самом деле, чтобы правильно построить современную жизнь – совершенно необходима связь с древними камнями. Если евреи отказываются от Хеврона, то в глазах всех окружающих народов это явный признак того, что сегодняшние евреи не имеют отношения к древним евреям. И что Израиль это просто завоеватели, которых нужно выгнать – потому что отношение к могилам Праотцев показывает, кто ты сегодня и кем ты являешься на самом деле.

Так что если Израиль хочет, чтобы окружающие народы признали наше право на жизнь здесь, мы должны обязательно требовать себе Хеврон и вообще всю Иудею и Самарию. Отказ от территорий вовсе не приближает нас к миру, наоборот, он показывает окружающим, что мы здесь чужеродные.

Чем больше мы настаиваем, что эта земля наша, и мы не собираемся ничего отдавать – тем больше окружающие народы будут уважать нашу позицию, и именно это принесет мир.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

 

 

Зачем Иосиф привозит евреев в Египет?

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу (1-11) Ваигаш, Бытие гл. 45

1. «Сойди ко мне, не медли!

(9-12) И сказал Йосеф братьям своим: Для сохранения жизни послал меня Бог пред вами. Поторопитесь, взойдите к отцу моему и скажите ему: сойди ко мне, не медли. И ты поселишься в земле Гошен; и будешь близ меня, И прокормлю тебя там, так как еще пять лет голода.

Иосиф счастлив, он рад воссоединению семьи, он любит братьев и желает им добра. Но в его подходе и планах развития семьи есть важные недочеты.

Иосиф воспринимает себя как посланника Бога и рассматривает все происходящее с ним как Божественный план.

Он велит братьям забрать отца и перебраться в Египет, мотивируя это заботой о семье. Но он, наверняка, мог бы оставить семью жить в Ханаане и снабжать ее хлебом там: по сравнению с неисчислимыми запасами собранного им зерна – потребности небольшой семьи выглядят ничтожными, да и никто не контролировал его, когда он возвращал серебро в сумы братьев.

Скорее всего, Иосиф предлагает своему отцу и братьям свой, очень сомнительный, план из идеологических, а не экономических соображений. Он еще не отказался от планов переустройства Египта, и ему нужны союзники и помощники.

2. Итог жизни Иосифа

Иосиф – отличный менеджер, поставленный решать тактическую проблему, но ошибочно посчитавший свою задачу стратегической. Он решил, что он − экономический мессия и призван накормить все человечество. Но ему удалось спасти от голода лишь Египет, при этом переселив туда свою семью.

Если бы дело было только в голоде, то Иосиф мог бы посылать братьям хлеб из Египта – он был достаточно богат, чтобы оплатить это (да никто и не требовал от него финансового отчета). Он также мог бы сначала – для поднятия собственного статуса – познакомить свою семью с египетским обществом, а потом придумать оправдание тому, что его отцу и братьям нужно немедленно вернуться обратно в Ханаан.

Но Иосиф воспользовался голодом как поводом сделать то, что он хотел: переселить семью в Египет, чтобы их присутствие помогло ему перестроить эту страну.

Однако, желая сохранить зарождающийся народ, он создал для своей семьи гетто на окраине Египта, понимая, что иначе не миновать браков с местными жителями, и тогда малочисленные сыны Израиля растворятся среди египтян уже через несколько поколений. Видимо, Иосиф считал, что именно так будет создан избранный народ: евреи станут священниками Всевышнего и проводниками Божественного света внутри Египта, который будет источником света для всего человечества. В Иосифе парадоксальным образом соединяются универсализм, желание влиять через Египет, и национализм, стремление сохранить еврейскую идентичность.

Однако план Иосифа потерпел крах: евреи не смогли повлиять на Египет.

Проблема Иосифа − в том, что он видит только ближайшую конкретную задачу, и считает центральной материальную проблему, с которой он может справиться. И поэтому очень важно, что Иосиф дожил до осознания неправильности своего первоначального плана – обычно реформаторы не доживают до этого. Поэтому тшува, раскаяние, Иосифа заключается в осознании того, что те усилия, которые он прикладывал для улучшения Египта, чужой страны,− он должен был приложить к своей Стране.

Этим раскаянием он и прокладывает путь для рождения от него Машиаха сына Иосифа.

Это будет то, кто построит материально сильное государство не на базе египетского, а на базе еврейского народа.

——✶——

Данная статья является отрывком из комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

Проблемы Иосифа

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу (1-10) Микец, Бытие гл. 41

1. Иосиф и Йеhуда в противофазе

Раздел Микец начинается с выхода Иосифа из тюрьмы и его возвышения, а заканчивается на вершине его подъема, встрече с братьями и их раскаянии. Но с момента, когда Йеhуда начинает защищать Биньямина, − Иосиф спускается, и это будет темой следующего недельного раздела, Вайигаш.

В течение всей еврейской истории, Иосиф и Йеhуда обычно находятся в противофазе. Но, в сущности, это не обязательно должно быть так. Напротив, мессианский процесс характеризуется усилением обеих сил – как Иосифа, так и Йеhуды. Однако для достижения совместного продвижения они должны научиться созидательно взаимодействовать, что является одной из главных задач правильной организации еврейской жизни.

2. Спасение через сановника Фараона (41:1-16)

(41:1) И было, по истечении двух лет Фараону снилось: вот, он стоит у реки…

(9) И стал говорить начальник виночерпиев Фараона, сказав: грехи мои вспоминаю я сегодня.

(12) [в тюрьме] был с нами молодой еврей, раб начальника телохранителей. и он истолковал нам сны, и так сбылось.

(14) И послал Фараон, и позвал Йосефа.

Обращение Иосифа к начальнику виночерпиев, с просьбой вытащить его из тюрьмы, зачастую толкуют отрицательно: якобы «за то, что Иосиф понадеялся на сановника Фараона, он пробыл еще дополнительных два года в тюрьме». Однако прямой текст Торы не дает никаких оснований для подобной интерпретации – наоборот, Иосиф в конце концов вышел из тюрьмы именно через слова начальника виночерпиев. Конечно, он вспомнил о Иосифе только когда это ему самому было нужно – но совсем не исключено что слова «грехи мои вспоминаю я сегодня» относятся именно к тому что виночерпию совестно что он с самого начала не говорил за Иосифа (а иначе что добавляют нам эти слова к тексту Торы?)

Таким образом, идея «неправильно обращаться к нееврейским сановникам за помощью» никак нельзя назвать «рекомендацией Торы», скорее наоборот. Другое дело что не стоит полагаться на этих сановников – то разумеется обращение к ним никак неправильным не является.

Текущие выводы из этого, как мне кажется, относятся к действиям Израиля на международной арене.

3. Стабильность Египта и возмущающее влияние снов

Почему египетские волхвы не могут разгадать сон Фараона? Ведь Иосиф дает, казалось бы, совершенно очевидное толкование – сначала еда (коровы, колосья) есть, а потом ее нет. Выше мы уже упоминали причину этого: с точки зрения египтян, изменения в жизни Египта невозможны. Нил ежегодно разливается, обеспечивая страну едой – это закон природы, и поэтому в Египте голода никогда не было и быть не может.

В Торе мы читаем, что во времена голода в Ханаане в дни Авраама (12:10) и Ицхака (26:1) – в Египте всегда есть еда.

В представлениях волхвов, весь Египет базируется на стабильности, постоянстве, абсолютности Нила: эта Река будет вечно орошать страну и давать пропитание.

Стабильность – это оборотная сторона застоя, но Египет не мыслит себя без нее. Еврейская традиция называет Египет “страной рабов”, потому что все в ней рабы, даже Фараон – раб при Реке. Поэтому египтянам и не свойственны пророческие сны: ведь сон – это мечта, новизна, идеал, желание достичь чего-то невозможного, вырваться за пределы естественного хода вещей. Сны, мечтания – это некая свобода поиска, возможность дальнейших вариантов, и приносит их в Египет (и постепенно заражает ими сановников и Фараона) – именно неугомонный еврей Иосиф. Эти сны говорят об изменениях и призывают к действиям.

Нил, с его постоянством, является государствообразующим фактором египетской цивилизации, он − превыше всего. Во сне Фараон видит, как он “стоит над Рекой” (стих 1), но, пересказывая свой сон Иосифу, он не может заставить себя произнести эти слова, “над Рекой”, и говорит, что он “стоит на берегу Реки” (41:17.) Фараон не может представить себе человека над природой, он порабощен ею, как и вся египетская цивилизация. Если же во сне Фараон видит себя стоящим над Рекой − это означает, что Река не абсолютна, что ее статус поколеблен. Фараон боится сам себе в этом признаться, поэтому при пересказе изменяет то, что ему приснилось.

4. Почему Иосиф не сообщил о себе отцу?

И все-таки, если не от обиды, то почему Иосиф не сообщает о себе отцу? Пусть он не мог сделать это на первых порах, когда был рабом или сидел в тюрьме – но ведь потом он управлял Египтом семь сытых лет. Почему же за все это время Иосиф не удосужился послать отцу весточку о том, что жив?

Есть два объяснения такого поведения Иосифа. Первое (его приводит Нахманид) утверждает, что Иосиф все время помнил про свои сны и понимал, что его возвышение не может быть случайным. Поэтому он был уверен, что сны непременно реализуются, братья обязательно придут, и заранее им ничего не надо сообщать – а когда они придут сами, тогда и надо будет заняться их перевоспитанием. И действительно, как мы увидим впоследствии, если бы Иосиф сообщил семье, что жив – он не смог бы позже воздействовать на братьев. Нахманид считает, что Иосиф хотел раскаяния и исправления братьев и их последующего участия в переустройстве Египта, а для этого он не должен был раскрываться раньше времени.

В соответствии с другим объяснением, Иосиф не хотел сообщать о себе отцу потому, что действительно намеревался разорвать связь с семьей. Он считал отца причастным к поступку братьев. Действительно, сам он был тогда наивным 17-летним юношей – но разве отец не понимал, что нельзя посылать его к братьям? А может быть, отец даже был в сговоре с ними? Согласно этому мнению, Иосиф вовсе не намеревался перевоспитывать братьев, он только хотел оторвать от них Биньямина, опасаясь, что те захотят погубить и его. Такой подход предполагает, что Иосиф забыл свои сны и совершенно не ждал братьев, а  вспомнил обо всем только когда они пришли в Египет. В таком случае, встреча с братьями способствовала не только их исправлению, но и исправлению самого Иосифа.

Эти два подхода не обязательно должны быть взаимоисключающими. Вполне возможно, что второй мотив был установкой Иосифа на уровне сознания, а первый – присутствовал подсознательно.

——✶——

Данная статья является отрывком из комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

Иосиф и Иеhуда – конфликт и синтез

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу (1-9) Вайешев, Бытие гл. 37

1. Чередующиеся падения и возвышения

(37:4) И увидели братья Иосифа, что их отец любит его больше чем всех братьев его; и возненавидели его, и не могли говорить с ним дружелюбно.

Рассказ о детях Яакова занимает четыре заключительных недельных раздела книги Бытия, и в них чередуются падение и возвышение Йеhуды и Иосифа:

(9) Вайешев: Падение Йеhуды – рассказ о том, как он не справлялся с задачей руководства еврейским народом.

(10)  Микец: Возвышение Иосифа – в Египте.

(11) Вайигаш: Падение Иосифа – перед братьями.

(12) Вайехи : Возвышение Йеhуды – как основы будущего еврейского царства.

Повествование вращается вокруг двух главных еврейских лидеров, Иосифа и Йеhуды, отношения между которыми определяют всю динамику еврейской жизни. Они являются источниками и основой для двух главных мессианских персонажей – “Машиаха из дома Иосифа” и “Машиаха из дома Йеhуды”, которые действуют на протяжении дальнейшей еврейской истории, вплоть до сегодняшнего дня. Анализ отношений между ними важен для понимания как библейской истории, так и сегодняшней израильской государственности.

2. Иосиф как исправление материального

Жизненной страстью Иосифа является исправление окружающего мира. Он вмешивается во все, что происходит вокруг него, и исключительно удачлив во всем за что берется.

Где бы ни оказался Иосиф, он становится начальником-распорядителем. В доме отца он выделен разноцветной рубашкой, и указывает братьям, как правильно жить. Попав рабом в дом Потифара, он немедленно становится там управляющим (39:4). В тюрьме он получает назначение управлять тюрьмой (39:21), а выйдя из нее, становится начальником над Египтом. В конце концов, ему удается также исправить и братьев. Все это – благодаря его умению править окружающим миром и достигать практического результата, “все удается в руке его” (39:3).

Про Иосифа сказано, что он был красив, что он следил за своей внешностью (39:6), поэтому в европейской литературе его называют “Иосиф Прекрасный”. В еврейской же традиции его называют “Иосиф-праведник”: он единственный из библейских персонажей, за кем закрепилось это звание.

Книга Притч (10:25) говорит: цадик йесод олам, “праведник – основание мира”. Еврейская традиция понимает этот стих в том смысле, что праведник – это тот, кто осуществляет путь праведности в условиях реального окружающего мира и постоянного столкновения с его проблемами. Иудаизм выдвигает идеал не отшельнической праведности, которая уходит от социума и мирских проблем, а праведности жизненной, праведности действия, умения правильно вести себя в реальном человеческом мире. Соответственно, каббала связывает с праведностью категорию йесод – правильную оценку ситуации, правильные действия в окружающем мире, и это − категория Иосифа.

В рамках высшей справедливости, Иосиф был продан в рабство за то, что неправильно использовал данные ему силы. В стремлении исправить братьев, Иосиф задевает их достоинство, унижает и обижает их. Расплатой становится рабство в Египте, а потом и тюрьма. Но все эти события становятся для него лишь “курсами повышения квалификации”, уроком правильной оценки окружающего мира, процессом исправления категории йесод.

Опустившись на самое дно, Иосиф правильно формирует свою категорию йесод, и далее, освободившись, уже не только успешно справляется с управлением Египтом, но и обретает силы для исправления братьев.

Сны Иосифа, в которых братья и вся его семья кланяются ему, являются провиденциальными – он, действительно, имеет потенциал стать царем. Но в его видении мира есть важная ошибка: он абсолютизирует свое царство, оно представляется ему идеалом устройства еврейского народа. Однако далее, уже к концу книги Бытия, выясняется, что Иосиф не прав, его царство лишь временно, и впоследствии скипетр должен перейти к дому Йеhуды (сфира малхут соответствует Давиду, царю из колена Йеhуды). Царство Иосифа является лишь начальной ступенью развития еврейского царства − при том, что эта обязательная ступень может реализоваться только через него.

В Иосифе есть еще один важный параметр, необходимый для правильной реализации категории йесод, исправления мира: он бааль hа-халомот, “сновидец” (37:19). Помимо прагматических талантов, у него есть сон, греза, мечта. Сон с колосьями представляет нам эту грезу в виде процветающего мира, стремления накормить человечество, создать благо для всех.

Это учит нас тому, что правильная оценка окружающего мира не может быть построена только на анализе фактов и голых расчетах, в ней обязательно должна присутствовать мечта, высшая идея и высшая цель.

Лишь мечтатели являются настоящими реалистами.

3. Машиах Бен-Давид стоит на плечах Бен-Йосефа

Мы уже говорили о двух линиях в еврейском народе, идущих от двух жен Яакова/Израиля, от Рахели и Леи.

Иосиф, сын Рахели,  и Йеhуда, сын Леи – две центральные линии еврейской истории. Из них происходят два мессианских направления: Машиах сын Иосифа и Машиах сын Йеhуды (далее формирующийся как Машиах сын Давида). Последние разделы книги Бытия показывают нам динамику четырех подходов: сначала читатель знакомится с Иосифом и Йеhудой как с отдельными героями-личностями, но постепенно сквозь их характеры и поведение проступают линии их мессианской направленности.

Один из аспектов работы еврейского народа в мире состоит в том, чтобы осуществлять тикун, “исправление мира”, собирая искры, которые рассыпались вследствие швират келим, “ломки сосудов”, и после этого были захвачены клипот, “скорлупой”. Процесс собирания искр включает в себя несколько стадий: сначала необходимо преодолеть скорлупу, скрывающую божественные искры; далее нужно подсоединиться к искре, “ухватить” ее; и после этого соединить искры в единую сеть, “сосуд”, способный их удерживать и воспринимать Божественный свет, создающий связь между людьми и Всевышним.

При этом разные части еврейского народа выполняют в этой работе различные функции. Иосиф всю жизнь был человеком, умеющим управляться с материальным миром, и это умение является важной национальной чертой, которая в наши дни реализуется, например, в еврейских менеджерах, финансистах, инженерах и деятелях науки. Царь из дома Иосифа (в мессианском плане это Машиах бен Йосеф) организует еврейскую жизнь в области экономики, безопасности, материального благополучия, он отвечает за “земные потребности”. Это важный этап, но работа на этом далеко не закончена. На материальной основе, подготовленной потомками Иосифа, приходят и успешно действуют потомки Йеhуды.

Царство дома Иосифа является предварительным, оно создает условия для преодоления скорлупы, обеспечивая возможность подсоединения к искре. Но недостаточно раскрыть искры, нужно еще и объединить их в единое целое. Поэтому после царя из дома Иосифа приходит царь из дома Йеhуды/Давида, задача которого – продвижение идеи диалога с Богом и передача Божественного света человечеству.

Царство Иосифа идет первым, но оно лишь дает евреям возможность существовать, строит государственную форму, − а внутренней жизнью ее наполняют Йеhуда и Давид.

Когда в древности, после эпохи Судей,  еврейский народ стал готов к созданию государства, то первым национальным царем стал Шауль (Саул) из колена Биньямина (т.е. из дома Иосифа), и лишь затем царство перешло к династии Давида из колена Йеhуды. Так и в будущем – сначала должен прийти Машиах бен Йосеф, подготавливающий внешние государственные рамки и работающий на преодоление скорлупы для доступа к искрам, – и только после этого приходит Машиах бен Давид, несущий миру Божественный свет и соединяющий искры в единую систему сосудов святости.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

Израиль, борющийся с Богом

Пинхас Полонский

Комментарий к Торе – к разделу Вайишлах, Бытие гл.32

1. Изменении имени Яакова на Израиль

(28) И сказал тот ему: “Как имя твое?” И он сказал: “Яаков”.

(29) И сказал: “Не Яаков отныне имя тебе будет, а Израиль, ибо ты боролся с Богом и с людьми, и победил”.

Израиль: Имя Исраэль имеет двойственную этимологию: это и Яшар-Эль, “прямой к Богу”, и Сар-Эль, “борющийся с ангелом/Богом”.

Ибо ты боролся с Богом: Выражение сарита им-Элоhим может быть понято и как “боролся с ангелом”, и как “боролся с Богом”.

Борьба Яакова шла по многим направлениям, ему все время приходилось преодолевать давление со стороны окружающих. Он боролся с людьми, Эсавом и Лаваном, и с ангелом Эсава (преодолевая свою боязнь перед ним), и также “боролся с Богом” — т.е. преодолевал категорию Элоhим, суда, предопределенности. Величие Яакова-Израиля как Богоборца в том, что он не принимает “судьбу”, которая исходно выделена ему Свыше, — но, забирая себе предназначенное Эсаву, обретает еще более высокую миссию.

Чтобы понять слова “бороться с Богом” и смысл Израиля как “народа-богоборца”, нужно напомнить, что имена hа-Шем (Четырехбуквенное Имя, Тетраграмматон) и Элоhим имеют в иврите совершенно разный смысл. Эти имена переводят обычно словами “Господь” и “Бог”. Но значение таких слов в русском языке практически идентично, поэтому многие тексты Торы — например, знаменитое “Шма, Исраэль” — теряют в переводе существенную часть своего смысла.

hа-Шем, “Господь” — это сущностное проявление Бога, Личностный Бог, стоящий над природой, а Элоhим, “Бог” — это проявление Бога в виде мировой гармонии, души Природы, и это та “завеса”, которая скрывает Его от мира. Поэтому “бороться с Богом (Элоhим)” означает увидеть Божественное за маской Природы, увидеть hа-Шем за маской Элоhим, противостоять естественному ходу вещей, добиться прямого диалога с уровнем hа-Шем и преодолеть даже то, что, казалось бы, установлено Свыше.

Еврейский народ всю свою историю борется с природой, скрывающей Трансцендентную Личностную Божественность. С точки зрения природы и естественности евреи, как другие современные им народы, должны были давно исчезнуть. Но “народ-Богоборец” отказывается примириться с естественным ходом истории — и потому жив вечно.

2. Различие между характерами и статусом Израиля и Яакова

Яаков вынужден хитрить не только из-за сложных внешних обстоятельств. У него есть определенные комплексы по отношению к Эсаву, и он еще не чувствует, что получил благословение заслуженно. И у нас, его потомков, тоже есть определенное свойство “изворотливости”, особенно проявляющееся у евреев в диаспоре. Конечно, для выживания в изгнании это умение необходимо, тем не менее, у народов мира это еврейское качество вызывает существенную неприязнь.

Израиль же обладает совершенно иным характером. Живущий в своей стране с ощущением права на нее, прямой, действующий порой даже грубо, — в глазах народов мира он представляется гораздо более естественным и правильным. И отношение мира к Израилю гораздо более почтительное, чем к Яакову.

С другой стороны, с Израилем связана новая проблема: Яаков привык, что Эсав ведет себя воинственно, — а когда Израиль воюет и вообще ведет себя в чем-то “по-эсавовски”, то Эсав шокирован, поскольку от евреев он этого совершенно не ожидает. Европейские народы соглашаются терпеть Яакова в его приниженном статусе, но когда неожиданно евреи получают статус Израиля и выбиваются из привычной системы иерархии, то это вызывает у народов Эсава возмущение.

И все же Эсав может воспринять духовность только от Израиля, а не от Яакова, — поэтому еврейское (библейское) влияние на мир из Страны Израиля несравненно значительнее, чем из диаспоры.

3. Яаков и Израиль как две линии в еврейском народе

Итак, у нашего третьего праотца имеются два имени, Яаков и Израиль. Имя Яаков происходит от корня экев, который означает не только “пятку”, и “следование за кем-то”, но и качество “быть непрямым”, “кривым”, “обходным” (27:36). Имя же Исраэль произведено от корня яшар «быть прямым». Таким образом, эти имена противоположны по своему значению.

Два этих аспекта — “прямое” и “обходное” — мы видим также в истории Сотворения мира. Первая глава Книги Бытия описывает нам контакт Бога с человеком через природу: связь с Богом проявляется для человека через его власть над природой, материей. Всевышний предстает как Бог природы и называется Элоhим. Во второй же главе Книги Бытия используется Тетраграмматон, hа-Шем, т.к. в этой главе Всевышний раскрывается Адаму “в обход природы”, как Бог Завета. Завет — это связь Бога с человеком, противостоящая естественному ходу вещей. Этим двум Адамам, один из которых связан с Богом через природу, а второй напрямую, без посредства природы, соответствуют имена Яаков и Израиль. Яаков соответствует Адаму Первого рассказа о сотворении, Адаму “косвенной” (через Природу) связи с Богом; а Израиль соответствует Адаму Второго рассказа, Адаму прямой связи. Соответственно, жена Яакова — это Рахель, которая обладает красотой, ведь красота — это один из аспектов власти над материей. Их сын Иосиф также “красивый” (39:6), он управляет материей и поэтому способен переустроить Египет. А жена Израиля — это Лея с ее “слабыми глазами”, равнодушными к материальному миру, ибо при прямой связи с Богом этот мир не столь интересен; ее главный сын, Йеhуда, способен преодолеть природу, подняться над ней (подробнее мы рассмотрим этот аспект ниже). Иными словами, в двух женах нашего праотца отразилась его раздвоенность: Яаков был женат на Рахели, а Израиль — на Лее. Пока он был лишь Яаковом, он любил Рахель, а не Лею. Однако вскоре после изменения его имени Рахель умирает, и единственной женой Израиля остается Лея.

Лея исходно предназначалась Эсаву, и лишь вобрав в себя качества Эсава, став Израилем, Яаков смог понять ее. (Впрочем, возможно, что если бы он достаточно сильно полюбил ее с самого начала, он смог бы стать Израилем и раньше).

Потомок Яакова и Рахели — это Мессия сын Иосифа, который реализует свою миссию через преобразование природы, а потомок Израиля и Леи — это Мессия сын Давида, реализующий прямой контакт с Богом и обучающий этому все человечество. Задачей же мессианского стремления является продвижение к их интеграции, как пишет об этом пророк Иехезкиэль (37:15-28): “И было ко мне слово Господа: А ты, сын человеческий, возьми себе посох один, и напиши на нем: ‘Йеhуде и сынам Израиля, объединившимся с ним’, и возьми посох другой и напиши на нем: ‘Йосефу и сынам Израиля, объединившимся с ним’. И приблизь их один к другому, и превратятся в один посох в руке твоей. Так сказал Господь Бог: Вот, Я возьму сынов Израилевых из среды народов, между которыми они находятся, и соберу их отовсюду и приведу их в землю их, и сделаю их народом единым в стране той, на горах Израиля, и царь один будет для них, и не будут впредь двумя народами, и никогда не разделятся впредь на два царства. И будет у них жилище Мое, и буду их Богом, а они будут Моим народом. И узнают народы, что Я Господь, освящающий Израиля, когда святилище Мое будет среди них вовеки”.

***

В отличие от Авраама и Сары, прежние имена которых были отменены при обретении новых, — Яаков, получая новое имя, не теряет прежнего. Таким образом, выходя на уровень Израиля (прямой связи с Богом), он обязан не потерять имя Яаков (связь с Богом через преобразование мира). Становясь Машиахом бен Давидом, он должен не потерять Машиаха бен Йосефа.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

Яаков, Рахель и Лея

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе – к разделу Вайеце, Бытие гл.29)

 1. Противопоставление «красоты» и «слабых глаз»

(16) А у Лавана две дочери; имя старшей Лея, имя младшей Рахель.

(17) И у Леи глаза слабые, а Рахель была красива станом и красива видом.

(18) И Яаков полюбил Рахель, и сказал: “Я буду служить тебе семь лет за Рахель, дочь твою младшую”.

И у Леи глаза слабые, а Рахель была красива станом и красива видом: Красота Рахели (и ее сына Иосифа) это управление материей, полнота существования в этом мире, бренность. Слабые глаза Леи это вечность, не обращающая внимания на текущие мелочи.

И Яаков полюбил Рахель: Яаков находится на стадии развития «овладения материей» (именно для этого его посылают пасти овец Лавана), поэтому он полюбил Рахель, она соответствовала его уровню развития в тот момент. Однако позже именно от Леи рождаются главные духовные силы народа Израиля: левиты (священство, Храм) и династия Давида (царство, Машиах). Именно Лея похоронена с Яаковом в пещере Махпела, главной национальной гробнице, а Рахель похоронена отдельно, «около дороги в Бейт-Лехем» (т.е. на пути, по ходу развития). Таким образом, Лея это жена Яакова “в вечности”, когда он Израиль, а Рахель это его жена “во временности”, когда он пока еще Яаков.

2. Бренность и вечность

Лея первая вышла замуж за Яакова, и дети сначала рождались только у нее – что привело к острому конфликту между сестрами. Но дальнейшая сложная история взаимоотношений Рахели и Леи привела к тому что Лея постепенно признает первенство Рахели, и именно такое их положение закрепилось в еврейском народе: Рахель идет первой, хотя ее наследие временное, Лея же следует за ней, при том что ее наследие вечное.

Смысл такого соотношения сестер в том, что “вечность”, слабые глаза Леи,  должны признать некоторое первенство “бренности”, красоты Рахели. Бренность идет впереди вечности, прокладывая ей путь. Это же верно и по отношению к царству: первым должно идти царство Иосифа, сына Рахели, а только затем царство Йеhуды, сына Леи.

Вначале, когда братья Иосифа не захотели признавать его главенство, это было грехом непринятия Леей первенства Рахели. Однако позже осознание ошибочности такого подхода станет исправлением Леи и ее детей.

3. Проблема женитьбы на родных сестрах

Тора запрещает жениться на родных сестрах; и даже после развода запрещено жениться на сестре бывшей жены, пока первая жена жива (Левит 18:18). Поэтому, по закону Торы, Яаков после свадьбы с Леей не только не может жениться на Рахели, но не смог бы сделать этого даже если бы развелся с Леей. Как же Яаков мог вступить в такой брак?

Формальное объяснение состоит в том, что это происходило до дарования Торы, поэтому закон, данный в будущем, не связывает Яакова сейчас.

Но по сути ответ состоит в том, что сам запрет Торы жениться на родных сестрах является следствием сложных отношений Яакова с женами. Их проблемы привели к конфликту между братьями, продаже Иосифа, позже к расколу и падению еврейского государства после Соломона и вообще конфликтности «потомков Рахели» и «потомков Леи» в еврейском народе.

И хотя традиция говорит нам что заповеди Торы превечны и «существовали еще до Сотворения Мира» – это наличие у заповедей абсолютного смысла не отменяет исторического характера их формализации. Например, заповедь о маце в Песах имеет как абсолютный морально-философский, так и конкретный исторический смысл (быстрый уход из Египта, когда не было времени приготовить заквашенный хлеб) – и так со многими установлениями Торы.

Иными словами, есть некоторые исходные принципы мироздания, но они спускаются в мир в виде историй Праотцев и народа, и через них эти фундаментальные принципы мироздания реализуются в нижнем мире. Талмуд говорит: “Дела Праотцев — знак для сыновей”, т.е. то, что для потомков реализуется как закон, для Праотцев было частью их биографии. Поэтому Яаков должен был пройти через историю с Рахелью и Леей, чтобы в результате сформировался закон о запрете жениться на родных сестрах.

4. Статус женщин в семье Яакова

Жены играют огромную роль в семье Яакова. Жены решают — с кем из них Яаков проведет ночь, какие имена будут у его детей и когда их семья сможет вернуться в Ханаан. Большая роль жены вообще характерна для Праотцев еврейского народа, но в истории Яакова это особенно заметно. Влияние их столь сильно еще и потому, что они дочери Лавана, “местные жительницы”, они находятся у себя в доме, — Яаков же у них “в гостях”.

За редкими исключениями у народов мира всегда было принято патрилокальное поселение, когда сын приводит домой невестку и молодая семья живет у родителей мужа. Муж в такой ситуации продолжает жить там, где он вырос, где он все знает и чувствует себя хозяином, а его жена еще долгое время чувствует себя чужой. И, разумеется, положение невестки в такой ситуации непростое: зачастую она не сходится с матерью мужа во взглядах на устройство дома, и ее статус достаточно низок.

В случае же матрилокального поселения новой семьи, когда они живут у родителей жены – тогда наоборот, жена живет в своем доме, в котором она выросла, она чувствует себя хозяйкой, а муж у нее «в гостях». Именно так было принято в течение столетий у ашкеназских евреев, что обеспечило ашкеназским женщинам несравненно более высокий общественный статус, чем женщинам других народов.

Положение, которое занимали жены Яакова, было серьезным вызовом для него самого, и оно очень продвинуло еврейский народ. Вообще высокий статус женщины сам по себе является вызовом для мужчины, — и чем этот статус выше, тем больший уровень требуется от мужчины и тем сложнее ему успешно принимать этот вызов. Но в этом также и залог его развития.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

 

 

Порождение нового в ходе смены поколений

Пинхас Полонский

1. Гвура порождает только как продолжение хеседа

 

(25:19) А вот родословная (толдот) Ицхака, сына Авраама. Авраам родил Ицхака.

Кажется, что в этом стихе есть дублирование: дважды сказано о том, что Авраам является отцом Ицхака. Но толдот означает здесь скорее не “родословную”, т.е. предков данного человека, но “порождения”, его потомков. Поэтому стих можно перевести так: “Вот кого породил Ицхак, сын Авраама; [и это стало возможным потому, что] Авраам родил Ицхака”. Иными словами, Ицхак мог породить кого-то только потому, что его родил Авраам.

Мы объясняли выше что Авраам реализует категорию хесед, милость, – а Ицхак категорию гвура, суд.

Когда Ицхак т.е. гвура, суд, справедливость, осознает себя сыном Авраама, хеседа, — только тогда он может рожать. Жажда справедливости сама по себе бесплодна. Лишь ощутив себя порождением хеседа, помощником в осуществлении милости, — она сможет развиваться дальше, создавать новые структуры в мире.

2.  Толдот, “Порождения” – в названиях двух недельных разделов

Недельный раздел, рассказывающих про Ицхака (рождение Яакова и Эсава, продажа первородства, и знаменитая история благословения Ицхака сыновьям), называется в Торе «Толдот». Такое название дано ему не только потому, что его открывают слова “вот родословная (толдот) Ицхака” — мы отмечали выше, что раздел про Ноя тоже начинается со слова толдот, “Вот порождение Ноаха” (6:9), но называется этот раздел, тем не менее, “Ноах”. Различие состоит в том, что в разделе “Ноах” центральная фигура — это сам Ной; а в данном недельном разделе центральной фигурой является не Ицхак, а собственно процесс толдот, “развития в ходе смены поколений”.

С Ицхака начинается новый тип святости: святость цепочки поколений как целого, святость человеческой истории — а не святость только лишь отдельной личности. Ицхак соотносится с историческим процессом. Поэтому содержание раздела Толдот, “порождения”, — это вопрос о том, какими путями идет наследование. Соответственно, его центральными темами будут первородство и благословение, два важнейших аспекта наследования.

 3.  История человечества как путь от Адама к Машиаху

Сама идея толдот, перехода от одного поколения к другому, наследования, но при этом и развития того, что было прежде, — необычайно важна в иудаизме.

Слово толдот появляется в ТаНаХе десять раз. Первый раз в стихе: “Вот родословие неба и земли” (2:4), последний — “вот родословие Переца” (Рут 4:18), где перечисляется линия порождения Давида, т.е. род Машиаха. И когда в Талмуде обсуждается, какой стих Торы “центральный”, т.е. в каком стихе более всего выражена суть Торы, то в качестве одного из вариантов предлагается стих “вот родословие неба и земли” — в том смысле, что центральная идея Торы — это идея толдот, “порождений”.

Рав И.Л. Ашкенази-Маниту отмечает, что идея толдот выражается, в частности, в том, что Машиах называется бен адам «сын человеческий» (Даниэль 7:13, Псалмы 80:18). Разумеется, Машиах является человеком, и поэтому выражение о нем “сын человеческий” может быть понято в дополнительном смысле: не только как “сын человека”, но и как “сын человечества” (Адам — это и “человек-индивидуум”, и “Человек как человечество”). Машиах есть порождение человечества: Бог создал человека, а уже человечество само порождает и приводит в мир Машиаха. Машиах не приходит к человечеству “извне”, чтобы “спасти людей, поскольку они не способны сами спасти себя”. Наоборот, Машиах порождается самим человечеством, т.е. Машиах — это стадия развития человечества, когда оно само начинает идти правильным путем, и именно в направлении человечества на этот путь, через миссию, порученную еврейскому народу, и состоит, с точки зрения Торы, смысл истории.

Таким образом, идея толдот, последовательных порождений, — это осознание пути человечества как постепенного перехода от Адама к Машиаху. И поэтому Машиах приходит в результате синтеза усилий Бога и человечества.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

 

«Мудрецы Торы совершенствуются посредством простолюдинов»

Пинхас Полонский

(Комментарий к Торе – к разделу Хайей Сара, Бытие гл.23)

Когда Тора рассказывает о том как Авраам купил пещеру Махпела для похорон Сары, она упоминает о том что Авраам кланяется «народу той земли»:

(22:19 – 23:20) И возвратился Авраам к отрокам своим, и встали они, и пошли вместе в Беэр-Шеву; и жил Авраам в Беэр-Шеве… И умерла Сара в Хевроне. И Авраам говорил сынам Хетовым: “дайте мне участок для погребения у вас, и попросите Эфрона, чтобы он отдал мне пещеру Махпела в собственность для погребения”. И отвечал Эфрон: “Нет, господин мой: поле я отдал тебе, и пещеру, что в нем, и похорони умершую твою”. И поклонился Авраам пред народом земли той. И сказал: “Я даю тебе серебро за поле: возьми у меня, и я похороню там умершую мою”. И стало поле Эфрона, и пещера в нем, и все деревья, во всем пределе его вокруг, за Авраамом, как покупка пред очами сынов Хетовых, и, погребальным уделом Авраама.

 

 В чем смысл этого поклона? Если бы это была простая вежливость, то Тора не сообщала бы нам о нем. И видимо, это связано с различием подходов Авраама и Сары, которое выражается в разнице их географических предпочтений.

Тора начинает здесь свой рассказ с того, что Сара умерла в Хевроне. Но несколькими стихами ранее нам сообщается, что последнее место жительства Авраама это Беэр-Шева – почему же Сара оказывается в Хевроне?

География Страны Израиля имеет не только топографическое, но и духовное значение, и каждый город в ней обладает своей духовно-метафизической сущностью. Хеврон это центр Иудеи и категория малхут, “царство”. В период жизни Авраама в Хевроне (о чем рассказывается в предыдущих главах Писания) Бог предоставил ему потенциальную возможность для создания государственности, но Авраам не был готов к этому. Он не взял на себя руководство над Содомом и его перевоспитание. Поэтому после разрушения Содома Авраам уходит из Хеврона и поселяется в государстве филистимлян, чтобы в Беэр-Шеве, далекой от столицы и от политики, оставаться лидером чисто духовным. Но Сара понимает, что такой подход неправилен, и вновь сдвигает Авраама в сторону Хеврона − места национально-государственной, а не только духовной, самоидентификации.

Если бы центром формирования еврейского народа стала Беэр-Шева, это означало бы, что его сущностью является быть представителями духовности в государстве филистимлян, – но тогда духовность это одно, а материальное и государственная власть совсем другое, эти понятия разделены. Филистимлян такой подход вполне устраивал, они были согласны принимать Авраама как выдающегося религиозного лидера, и даже сам Авимелех, царь Герара, приходит к нему, заключает союз и просит о духовном покровительстве.

Однако еврейский подход выступает против принципа разделения духовного и государственного, ибо утверждает, что все в мире едино, и национально-государственный диалог с Богом не менее важен, чем диалог индивидуальный. Авраам не мог дойти до этого уровня − он будет достигнут только позднее, детьми Яакова, которые станут Израилем. Авраам же находится пока еще только на уровне индивидуального, а не общенационального диалога с Богом, и поэтому вполне удовлетворен статусом духовного лидера внутри филистимского государства.

Но Сара не может оставить ситуацию в таком виде, поэтому перед смертью она переезжает в Хеврон, который находится не в государстве филистимлян, а в Ханаане, где нет единого государства (каждый город является самостоятельным государством), − поэтому, живя там, нельзя избежать политической и государственной ответственности; национально-государственное и духовное измерения жизни там объединены.

Обратим внимание на то, что сначала Авраам просит Эфрона продать ему только пещеру, ему нужно только место для погребения Сары. Однако Эфрон не согласен продать пещеру без поля – и в тогда Авраам не только соглашается с таким предложением, но и кланяется «сынам Хеттовым»

Захоронение создает место памяти, туда приходят редко, только чтобы вспомнить об усопших, а живут и работают зачастую совсем в другом месте. Но Эфрон объясняет Аврааму, что пещера не продается без поля. Нельзя купить место только для погребений; нельзя использовать его только для могил и оставаться чужим ему. Но можно купить землю, на которой покупатель будет жить, и тогда он также сможет хоронить в пещере своих умерших.

Требование купить не только пещеру, но и поле – это требование к Аврааму повысить уровень своей связи с этим местом и свой статус в Хевроне. Эфрон убеждает Авраама: “Если ты хочешь, чтобы мы полноценно признали твое право хоронить на нашей земле, то ты не можешь относиться к этому только как к памятному месту, а с землей не иметь дела. Изволь приобрести поле и работай на нем, засевай его и собирай урожай. Не обязательно даже, чтобы ты переселялся сюда полностью, но часть твоей жизни и работы, одно из полей, принадлежащих тебе, должно быть здесь”.

Изначально Авраам является скотоводом, пастухом. Но постепенно еврейский народ должен перестать быть пастухами и стать земледельцами. Покупка поля около Хеврона стала первым шагом в этом направлении.

 

И поэтому Авраам кланяется сынам Хета. Эфрон научил его тому, что одна только память невозможна, и без жизни в Хевроне настоящей памяти не будет. Авраам усвоил этот урок и поклонился в знак благодарности за него.

Авраам, “князь Божий”, не стесняется показать, что научился от Эфрона и сынов Хетовых чему-то важному.

 

Рав А.И.Кук пишет об этом (http://ejwiki-books.com/rav-kook/index.php/2-67-mudrecy-tory-sovershenstvuyutsya-posredstvom-prostolyudinov/):

«Мудрецы Торы совершенствуются посредством простолюдинов. Ибо, хотя, конечно, свет Торы дает жизнь всему, но ведь известно также, что «Тора является смертельным ядом для тех, кто держит ее левой рукой». Изучение Торы уменьшает у мудрецов связь с естественным миром. А поскольку в душе всякого человека есть некоторая доля уродства, то в соответствии с этой мерой искривленности, пусть даже самой по себе и небольшой, – пропорционально ей Тора наносит ему вред, и в этой области ущерб оказывается несравненно большим, чем награда.

А противоядие против этого смертельного яда, примешавшегося к нему, состоит в объединении мудрецов с простыми людьми из народа.

Ибо, посредством этого объединения, люди из простого народа могут своим естественным прямодушием, которое не затушевывается никакими умствованиями, повлиять на мудреца.

И тогда исправляется исходная доля этой смертельной отравы, становясь эликсиром жизни, и оживляя этим всю общность, что позитивно влияет также и на сам простой народ».

 

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html  (1-9 части: Книги Бытие, Исход и Числа)

Смех в иудаизме

Пинхас Полонский

Смех Сары и его смысл

Одной из самых известных историй Пятикнижия о Праотцах является история про смех Сары – когда ангелы, пришедшие к Аврааму, предсказывают ей рождение сына.

(9) И они (ангелы) сказали Аврааму: “Где Сара, жена твоя?” И он сказал: “Вот, в шатре”.

(10) И сказал он: “Я возвращусь к тебе в это же время, и будет сын у Сары, жены твоей”. А Сара слышит у входа в шатер, который позади него.

(11) Авраам же и Сара были стары, пришли в лета; перестало быть у Сары обычное у женщин.

(12) И Сара внутренне рассмеялась, сказав: “После того, как я состарилась, будет у меня молодость? Да и господин мой стар”.

(13) И Господь сказал Аврааму: “Отчего это смеялась Сара, сказав: “Неужели я действительно рожу, ведь я состарилась”?

(14) Есть ли что недостижимое для Господа? К этому сроку возвращусь к тебе в следующем году – и у Сары сын”.

(15) Сара же отреклась, говоря: “Я не смеялась”. Ибо она боялась. Но Он сказал: “Нет, ты смеялась”.

На поверхностный взгляд, ситуация такова: Сара проявляет маловерие, не доверяет возможности чуда; Бог упрекает ее за это, а она не хочет признаваться в своем неверии. Из этого делаются выводы о том, как важно верить в возможность чудес от Всевышнего, и что даже если Сара не считала пришедших ангелами, все равно она должна была пожелать, чтобы их слова исполнились, а не говорить, что такое невозможно.

Однако, углубившись в анализ этого диалога, мы увидим, что его следует понимать совершенно иначе.

Да и господин мой стар: В обычном понимании эти слова Сары относятся к Аврааму, т.е. ребенок родиться не может, потому что и она, и Авраам слишком стары; когда же Бог цитировал Аврааму слова Сары, то Он “изменил их ради мира”, чтобы Авраам не обиделся на нее. Однако, такое понимание наталкивается на несколько проблем. Во-первых, если Сара стара для рождения детей, этой причины уже достаточно, и добавлять слова о старости Авраама нет смысла. Во-вторых, через 40 лет после этих событий, уже после смерти Сары, Авраам возьмет в жены Кетуру, которая родит ему много детей (см. 25:1), т.е. никаких проблем с возможностью отцовства у Авраама нет. И, кроме того, непонятно: если слова “и Сара внутренне рассмеялась” означают “про себя”, “не вслух”, то почему Бог спрашивает Авраама: “Отчего это смеялась Сара”? Ведь если Авраам не слышал ее смеха, как он сможет объяснить его? Не говоря уже о том, что неясно, для чего Бог “пожаловался” Аврааму на Сару – разве таким образом можно достичь чего-то позитивного?

Таким образом, обычное понимание этого отрывка, во-первых, не согласуется с текстом, а во-вторых, рисует нам диалог Авраама и Сары с Богом в чудовищно примитивном виде, как серию мелочных упреков и придирок – что никак не увязывается с их образом в Торе.

Вероятно, мы должны полностью пересмотреть наше понимание слов Сары и ответа Бога. А именно: слова “Господин мой стар” относятся не к Аврааму, а к Богу, − т.е. здесь говорится о “Господине”, а не о “господине” (в иврите нет заглавных букв).

Под “старостью” же Бога Сара имеет в виду то, что Он больше не вмешивается в естественное течение вещей. “Старость” означает здесь прекращение изменчивости, потерю динамичности. Такое понимание прекрасно согласуется с ответом Бога: Он отнюдь не упоминает о якобы старости Авраама, а говорит: “Есть ли что недостижимое для Господа?” Кроме того, если Сара говорит о “старости Бога”, то ее фраза становится гораздо более логичной: “Я уже состарилась, да и Бог перестал изменять мир, все теперь идет по неизменным законам природы – и поэтому я не смогу родить”.

Более того, при таком понимании нам становится понятна и глубинная суть проблемы: ведь Сара − это гвура (категория строгости) по отношению к Аврааму, а стремление к соблюдению законов, в том числе законов природы, − есть важнейшее качество гвуры, и слова Сары очень ярко выражают суть этой категории.

Напомним, что хесед, категория милости − это также и желание изменить существующее положение вещей; а гвура – это не только закон и справедливость, а еще и стремление к сохранению, охране порядка. Авраам является хеседом, а Сара, как часть семьи Авраама, − это “гвура внутри хеседа”. Когда они действуют как семья, то Сара, вместе с Авраамом, осуществляет хесед: обращение окружающих к вере в Единого Бога, прием путников и т.д. Однако во взаимоотношениях с Авраамом она представляет собой категорию гвура внутри семьи.

Именно поэтому естественные законы природы представляются Саре незыблемыми, и ей трудно принять то, что Бог изменяет их. Всевышний же возражает ей, говоря, что даже и это возможно.

Есть ли что недостижимое для Господа: В такой трактовке ответ Бога становится понятным. Его цель – вовсе не придирки и упреки, а помощь Саре в ее духовном продвижении: Он стремится научить Сару принимать возможность чудесных изменений в мире и в жизни.

При этом Бог говорит с Сарой и Авраамом одновременно, но подчеркивается Его обращение именно к Аврааму как к категории хесед.

В ответ на позицию Сары “Бог создал мир, запустил его и больше не меняет его законов” − Всевышний выражает свою готовность нарушить законы функционирования мира, и этими словами меняет сложившуюся у Сары концепцию мироздания. Именно это изменение в сознании Сары (оно же – развитие и уточнение категории гвура), а вовсе не “сообщение Аврааму о смехе Сары”, является целью слов Бога. И смех здесь играет очень важную роль.

Роль смеха в религиозном видении мира

Что, вообще, означает понятие “смех”? Какова его роль в религиозном видении мира?

Мы смеемся, когда события или повествование развиваются неожиданно, нелогично, непредсказуемо – и при этом появляется возможность увидеть более сложные, чем изначально предполагалось, связи между событиями и явлениями. Таким образом, суть смеха – это радость от того, что через преодоление логики, через возвышение над ней нам удается увидеть более высокий уровень мировой гармонии. Подобное разрушение оков логики проявляется при неожиданном сюжетном ходе в анекдоте, в парадоксе или в появившемся вдруг решении проблем, ранее казавшихся неразрешимыми. Такое преодоление барьеров, обусловленных нашей былой ограниченностью и слишком примитивно-логическим пониманием устройства мира, вызывает у нас огромное удовольствие, и свою радость от этого мы выражаем смехом. Ведь все мы не любим предписанности и логической неизбежности, а любим быть свободными, любим преодоление предопределенности. Ибо свобода (а не вынужденность) − есть Божественное качество, и смех есть чувство приближения к Богу, − Который, конечно, тоже смеется1.

Иными словами, смех – это радость от преодоления гвуры. И поэтому смех − это исправление Сары, а в случае Ицхака, который воплощает гвуру, − даже само его имя говорит о смехе (Ицхак – “он будет смеяться”).

Гвура, по своей сути, всегда принимает жизнь такой, как она есть: считается, что Бог обустроил все наилучшим образом, и что молиться об изменениях совершенно не нужно и бессмысленно – поэтому Сара и не может поверить, что Бог вмешается и изменит ее жизнь. Главная проблема Сары − ее неверие в чудеса − возникает не оттого, что она не верит во всемогущество Бога, а потому, что она не верит в необходимость чудес. Таким образом, Сара и Ицхак, представляющие собой гвуру, жесткость, закон, “правильность”, − испытываются в ситуациях, когда мир развивается нелогично, непредсказуемо, не так, как ожидалось. Быть правильным человеком хорошо, но быть “слишком правильным” − смешно, ибо мир “не вполне правилен”, и этим он замечателен.

Подсознательная радость в преодолении логики – это и есть смех Сары, но сначала он лишь “внутренний”. Т.е. Сара еще не отдает себе отчета в нем. В Саре еще только зарождается установка на преодоление природы − и Бог, сказав ей явно о ее смехе, т.е. призывая Сару осознать его, помогает ей в этом продвижении. (Отметим, что у Авраама, который является хеседом, нет этой проблемы, он сразу смеется явно – Быт.17:17.)

Таким образом, в данной ситуации смех Сары означает вовсе не пренебрежение к услышанному пророчеству, а зарождающееся в ней ощущение возможности прорыва. Однако на уровне сознания она еще не верит этому, поскольку знает, что физиологически не может родить. Поэтому сама она не осознает свою подсознательную радость, свой смех.

И именно поэтому она вполне искренне его отрицает: “Сара же отреклась, говоря: “Я не смеялась”. Ибо она боялась”. Разумеется, было бы слишком примитивным считать, что Сара боялась наказания или порицания за то, что смеялась над словами ангелов. Дело здесь в другом: она боялась признаться самой себе в своем смехе, в том, что она поверила в возможность нелогичного, нестандартного развития событий. Как и любого человека, Сару страшила возможность развала ее цельной картины мироустройства. И поэтому она боялась осознать свой смех.

Бог поддерживает смех Сары

Как только ангел обещает Саре рождение сына, душа Ицхака начинает спускаться в мир. Сара уже чувствует, что в ней зарождается Ицхак, но чувствует это пока еще неосознанно, глубинной частью своей сущности. Физически это еще никак не проявляется, но новая реальность уже входит в мир. Сара начинает ощущать эту реальность, ее подсознание узнает и принимает невероятную для нее возможность материнства.

Смех Сары – это проявление надежды, первый шаг в принятии возможности неожиданного. Поэтому, когда Сара пессимистически говорит про свою старость и про старость “своего Господина”, внутри себя она подсознательно над этим смеется. И Бог вовсе не укоряет Сару − наоборот, Он объясняет ей, что она зря боится своего смеха, потому что нет ничего недостижимого для Господа, и ее сын может прийти в мир.

Бог поддерживает Сару в ее смехе и хочет, чтобы она поверила в новую возможность, не боялась смеяться, признала, что это нормально, и тем самым достигла бы нового уровня. И именно поэтому диалог здесь оканчивается словами Бога: “Нет, ты смеялась!”

На самом деле, диалог продолжается – но не сразу, а тогда, когда Сара называет своего сына Ицхак, говоря при этом, что “каждый, увидев, рассмеется вместе с ней”.

Назвав своего сына Ицхаком, Сара дала позитивный ответ на слова Бога: она не только смогла осознать, что ее смех необходим, и что гвура должна быть ограничена, но и пригласила окружающих присоединиться к ней. И только приняв смех Сары как действие позитивное, мы сможем понять смысл имени “Ицхак”. Ведь если бы этот смех был неуместен и Бог порицал бы ее за это, она не назвала бы сына “Он будет смеяться”.

Так же, как развитие Авраама состоит в ограничении хеседа, развитие Сары состоит в ограничении ее гвуры. Подробнее это раскрывается в следующих главах книги Быия, рассказывающих про Ицхака.


1 О смехе Всевышнего говорится в Псалмах 2:4, 37:13, 104:26,  и многократно в Талмуде и мидрашах.

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html

 

 

 

Национальное и универсальное в иудаизме

Пинхас Полонский

На основе уроков р.Ури Шерки

1. Избрание Авраама

Первый раздел Торы, рассказывающий про Авраама, называется «Лех Леха», буквально “Иди себе, уходи”, − и рассказывает о том, как Авраам уходит из рамок своего прежнего мира для создания новой, невиданной ранее сущности, избранного народа. Именно в этот момент зарождается западная монотеистическая цивилизация.

(12:1) И сказал Господь Авраму: Иди себе из земли твоей, от родни твоей и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе.

(2) И Я сделаю тебя народом великим и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь благословением.

(3) И Я благословлю благословляющих тебя, а проклинающего тебя прокляну; и благословятся тобой все племена земные.

 

Таким образом:

(а) Авраам должен покинуть свою страну и родню, чтобы стать родоначальником нового народа.

(б) Создание народа и реализация целей его существования возможны только в той Стране, которую укажет Аврааму Бог (в будущей Стране Израиля).

(в) Этот народ станет великим и знаменитым.

(г) Задача этого народа универсальна: он нужен, чтобы принести благословение всем племенам земным.

(д) Отношение к этому народу будет критерием, определяющим судьбу всех других народов мира: тот, кто будет благословлять этот народ, будет благословен, тот, кто станет проклинать его – будет проклят.

 

С этого момента прошло четыре тысячи лет. В целом, именно так все и реализовалось в истории.

 

2. План Бога и план Авраама

Итак, путь начинается с готовности Авраама уйти из привычного и понятного ему мира в неизвестное будущее. Разумеется, Авраам был внутренне готов к этому – не имей он этой исходной готовности, вряд ли получил бы он такой приказ от Бога. Однако эта готовность вовсе не означала, что полученный приказ был принят Авраамом легко. Даже наоборот: повеление Бога оказалось столь радикальным, что Авраам не был готов сразу понять и принять его.

Тора продолжает:

(12:4) И пошел Аврам, как сказал ему Господь; и с ним пошел Лот; а Аврам был семидесяти пяти лет при выходе из Харана.

(5) И взял Аврам Сарай, жену свою, и Лота, сына брата своего, и все достояние, которое они приобрели, и души, которые они приобрели в Харане; и вышли, чтобы идти в землю Ханаанскую; и пришли в землю Ханаанскую.

Обычно мы воспринимаем эти два стиха просто как выполнение Авраамом приказа Бога, не сообщающее нам нечто существенно новое. Однако если мы внимательно прочтем и сравним их, то увидим, что в них содержится важное противоречие.

И пошел Аврам, как сказал ему Господь: В этом стихе (12:4) все соответствует тому, что Аврааму было приказано. Лот же сам увязался за ним.

И взял Аврам Сарай, жену свою, и Лота, сына брата своего: Но здесь (стих 12:5)  дана совершенно иная картина, к которой возникают вопросы: Зачем специально упоминать, что Авраам взял жену, разве это и так не очевидно? Еще более непонятно, зачем Авраам взял Лота – взял сам! Разве ему не было приказано оставить родню дома? Да еще захватил с собой не только “все достояние”, но и “души, которые он приобрел в Харане” – ни о чем таком Бог ему не говорил!

И вышли, чтобы идти в землю Ханаанскую: И это тоже противоречит указаниям, которые Авраам только что получил от Бога: ведь Всевышний не указал Аврааму страну назначения. Было сказано только: “Иди в землю, которую Я укажу тебе” (12:1), – а название земли упомянуто не было.

Для того чтобы разобраться в этих несоответствиях, мы должны рассмотреть приведенные стихи в более широком контексте. Тогда мы увидим, что движение в Ханаан начал совсем не Авраам, поскольку стих 12:5 “…вышли, чтобы идти в землю Ханаанскую, и пришли в землю Ханаанскую” – явно соотносится с предшествующим стихом 11:31 “И взял Терах Аврама, сына своего, и Лота, сына Арана, внука своего, и Сарай, невестку свою, жену Аврама, сына своего, и вышли вместе из Ур-Касдима, чтобы идти в землю Ханаанскую, и дошли они до Харана, и поселились там”.

Таким образом, в стихе 12:5 путь Авраама в Ханаан представлен как продолжение пути Тераха (11:31), а вовсе не как выполнение Авраамом Божественного указания (12:1). Терах не смог осуществить свой план, он застрял в Харане, но Авраам продолжил путь и осуществил первоначальный план.

Итак, стихи 12:4 и 12:5 не просто противоречат друг другу, но они дают взгляд на одно и то же событие двух разных сторон. С одной стороны, Авраам делает все по указанию Бога, а с другой же стороны – он изначально имеет свои планы и не готов от них отказаться: он идет в Ханаан, чтобы продолжить проект, начатый Терахом.

Иными словами, у Авраама были свои планы и, хотя ему и удалось увязать их с исполнением приказа Бога, все же он не следовал этому приказу полностью.

Как и почему возникла такая ситуация?

 

3. Переход от космополитизма к “национальному универсализму”

Исходное имя духовного праотца человечества было Аврам, а не Авраhам. Букву “hей” в свое имя (по-русски это второе “а” в “Авраам”) он получает только в конце раздела «Лех Леха».

Мидраш объясняет имя Аврам как “Ав Арам” – “отец арамейцев”, т.е. духовный лидер народа Месопотамии; а выражение “души, которые они приобрели в Харане” относит к множеству его учеников.

Выше мы уже приводили  Мидраш, рассказывающий о том, что еще в Ур-Касдим Авраам пришел к монотеизму, разбивал идолов и выступил против царя Нимрода. Таким образом, Авраам − диссидент, который с юности противостоит официальной идеологии и призывает людей не поклоняться идолам, а позже, в Харане, имеет множество учеников. И в этой перспективе уход Авраама из Харана − это типичная еврейская дилемма: надо ли посвятить свою жизнь совершенствованию морали и духовности народов мира, живя среди них, – или же лучше заняться решением сугубо еврейских проблем в собственной стране.

Именно эта дилемма, как полагает Мидраш, была первым испытанием Авраама.

Евреи всегда стремятся к универсальности, к взаимодействию со всем человечеством – и это вполне естественно, это соответствует нашему национальному характеру, т. к. еврейский народ был создан именно для того, чтобы нести благословение всему человечеству. Соблазн же состоит в отождествлении универсального с космополитическим – т. е. в идее, что ради “бытия для всех” нужно отказаться от специфически национального. Указание Бога было как раз противоположным: Ты должен придерживаться национального, должен приложить силы к созданию собственного народа – поскольку именно через национальное, а вовсе не через отказ от него, лежит путь к универсальному.

Из сравнения стихов 12:4 и 12:5 мы видим, что исходно существуют два разных плана по продвижению человечества к монотеизму: есть план Бога, и есть план Авраама. План Бога состоит в том, чтобы создать из Авраама народ: “…Я сделаю тебя народом великим”. Но план Авраама предполагает сначала создать космополитическую религию этического монотеизма, которая перевоспитает человечество. Именно поэтому он берет с собой своих учеников, – хотя Бог отнюдь не указывал этого делать.

 

4. Уход из Харана как испытание

Основным качеством Авраама был хесед, и он всю жизнь учил окружающих людей этическому монотеизму.

Однако, главный вклад Авраама в продвижение человечества − это не его просветительская деятельность, а создание еврейского народа, “огранка хеседа“. Проходя через испытания, Авраам ограничивал свой хесед, отрезая от него лишние части, чтобы оставить правильный хесед, который  в дальнейшем мог бы послужить основанием еврейской национальной души.

Вместо бесформенной категории хесед, т.е. вместо неограниченного желания давать и оказывать милость, нужно было построить правильную категорию хесед, т.е. научиться давать лишь тогда, когда это ведет к добру, ибо лишняя милость может легко привести и ко злу. А для этого Авраам должен был научиться действовать против своей природы, против хеседа, против стремления к всеобщей благодати.

Аврааму, для продвижения своих идей, казалось более естественным − с точки зрения хеседа − создать группу учеников. Такая группа была бы открыта для всех людей. Продвижение же идеи через народ представляется менее подходящим, поскольку народ всегда содержит в себе ограничение (одни уже входят в него по праву рождения, а другие нет), а это не соответствует подходу хеседа. И поэтому предложение Бога стать основателем народа (а не группы учеников) явилось для Авраама одним из испытаний. Т.е. испытание состоит здесь не только в том, чтобы отделиться от родственников и от привычного окружения, − но и в том, чтобы, перейдя на национальную концепцию, тем самым ограничить распространение своих идей, переориентироваться со всего человечества на один-единственный народ.

Авраам, духовный руководитель народа Арама (одной из центральных цивилизаций того времени), должен был уйти оттуда, оставить страну, продвижением которой занимался, и людей, которые считали его своим духовным вождем. “Лех Леха“, обращенное Богом к Аврааму, можно перевести как “уходи для себя, уходи к себе”,  т.е. “уходи от той космополитической работы, которую ты делаешь в Вавилоне, и займись своей, национальной, работой”. Для Авраама это ограничение было существенной проблемой.

Еврейская традиция учит нас важному принципу: “дела отцов – знак для сыновей”. Действия Праотцов – это архетип, модель того, что происходит потом с нами. Глядя на испытания Авраама через перспективу прошедших тысячелетий, мы видим, что его уход из Харана − это типично еврейское испытание. Евреи очень часто хотят помогать сразу всему человечеству – а от них требуется оставить это и уйти заниматься своими еврейскими проблемами.

Чтобы правильно решить такой конфликт в своей душе, нам следует понимать, что переход от “космополитической” позиции к “национальной” вовсе не является изменой универсализму – напротив, это продвижение к нему. Универсализм достигается не космополитизмом, а правильно ориентированным национализмом. Путь к универсальному лежит не через отказ от национального, а, наоборот, через полноценную национальную реализацию, открытую миру, но автономную.

Подобная позиция и сегодня многим кажется слишком резкой, а уж Аврааму было тем более трудно принять, что универсальность достигается совсем не распространением его Учения сразу для всех, а, прежде всего, созданием специального народа. Обращение же ко всему человечеству станет возможным только гораздо позже, уже на базе пройденного этим народом пути. И лишь постепенно Авраам приходит к полному принятию плана Бога.

 

5. Для изменения мира нужен народ, а не группа учеников

В повелении Бога Аврааму − “Иди в страну, которую Я укажу тебе, и Я сделаю тебя народом великим” − главным ключевым понятием является “народ”. Мы отмечали, что Авраам не был первым монотеистом: до него идею Единого Бога как основу морали (т.е. этический монотеизм) уже исповедовали Ной, Шем и Эвер, − но концепция создания целого “народа-монотеиста” прежде не возникала. Она появляется в человечестве только с момента избрания Авраама.

Новизна и необычность этого подхода в том, что он ставит задачу достижения святости не только на индивидуальном, но и на общенациональном уровне: святость не только для отдельных праведников, “погруженных в духовность” − но и для простых людей, занимающихся всеми сторонами материальной жизни социума. Святость на уровне индивидуума была известна и до этого, отдельные великие праведники были во все времена, − но достижение святости на общенациональном уровне казалось идеей совершенно немыслимой.

Надо отметить, что, несмотря на прошедшие тысячелетия, даже сегодня индивидуальная святость для нас − понятие очевидное и обычное, а святость общенациональная – до сих пор представляется чем-то необычным, никем не достигнутым, и даже с трудом осознаваемым. Однако “на подобное можно повлиять только подобным” − и поэтому для исправления и духовного совершенствования человечества, состоящего из народов мира, уровень святости должен быть достигнут целым народом. Только тогда действительно “благословятся тобой все племена земные” (12:3). Т.е. только через достижение общенациональной святости можно распространить святость на все человечество.

 

6. Раздел «Лех Леха» как переход Авраама к плану Бога

Когда нужно строить учение, религию, философскую школу – совершенно необходимы ученики, а вот наличие собственных детей совсем не обязательно. Совершенно иначе обстоит дело, если нужно строить народ – для этого необходимы потомки.

Мы видим, что от всей группы учеников Авраама не осталось никакого наследия (да и в Торе они упомянуты лишь вскользь), а все, что человечество получило от Авраама, было передано через его сына Ицхака, и далее через Яакова и его детей.

Однако изначально Авраам не осознавал этого. Детей у него не было, а ученики были, и он надеялся распространить свою религиозную систему с их помощью. Вначале отсутствие детей не казалось ему проблемой, ведь для создания религиозного учения дети не обязательны, и лишь позже он приходит к пониманию важности потомства.

Фактически весь раздел «Лех Леха» описывает конфликт между этими двумя проектами: планом Авраама по созданию религии и планом Бога по созданию народа. К концу этого раздел Авраам окончательно отказывается от своего плана и полностью переходит к реализации только плана Бога.

 

——✶——

Данная статья является отрывком из  комментария к Торе «Библейская динамика», http://ejwiki-books.com/pvd.html

Вавилонская Башня: Распад империи

П. Полонский

Глава из комментария к Торе «Библейская Динамика» Раздел Ноах

(Быт.11:1) И был на всей земле один язык и слова немногие.

(2) И случилось: двинувшись с востока, они нашли долину в земле Шинар, и поселились там.

(3) И сказали друг другу: давайте наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а горная смола была у них вместо глины.

(4) И сказали они: давайте построим себе город и башню главою до неба, и сделаем себе имя, чтобы мы не рассеялись по лицу всей земли.

(5) И сошел Господь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие.

(6) И сказал Господь: ведь народ один и язык один у всех; и такое стали они делать; а теперь не будет для них недостижимым все, что они задумают сделать?

(7) Сойдем же и смешаем там язык их, чтобы они не понимали речи друг друга.

(8) И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город.

(9) Поэтому наречено ему имя Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по лицу всей земли.

 

И был на всей земле один язык и слова немногие: Поскольку выше (Быт. 10:5, 20, 32) было подчеркнуто, что народы и языки разделились сразу после Потопа – т.е. до, а не после Вавилонской башни – то как это согласуется со сказанным здесь об одном языке для всех? Дело в том, что здесь говорится о разных значениях языка.

В иврите есть два слова для обозначения понятия “язык”: лашон, означающий также “язык во рту” (как и в русском) и сафа, означающее также “губы”. В 10-й главе в “расселились по своим языкам” употребляется лашон, а в 11-й главе где “был на всей земле один язык”, используется сафа.

Язык находится внутри тела, а губы снаружи – и поэтому комментарии разъясняют, что сафа это “внешний язык”, язык как средство коммуникации, а лашон это “внутренний язык, система понятий для описания окружающего мира”. Эти два вида языка совсем не идентичны. Лашон, язык для “внутреннего использования” нужен чтобы формулировать, строить модели окружающего мира и разбираться с ними. Такой внутренний язык, описывающий действительность в понятиях собственной культуры,  был особым у каждого из народов. А кроме того, был на земле единый внешний коммуникационный язык, сафа, с помощью которого народы общались между собой. В результате истории Вавилонской башни именно этот язык общения отпал, народы остались каждый со своей картиной мира и разошлись по разным странам.

И слова немногие: Наличие общего коммуникационного языка (в дополнение к отдельным, самобытным языкам разных народов и культур) совсем не плохо – однако плохо было то, что в нем было мало слов, “слова немногие”. Из-за этой бедности и примитивности общего языка на нем невозможно было построить ничего, кроме жесткой вертикали власти и простой командной структуры. На нем нельзя выражать тонкие мысли, нельзя было рассказать о глубине культуры и наладить через это глубокое взаимопонимание между народами, – это было только языком управления. Т.е. это средство коммуникации было настолько извращено людьми, что не имело права на дальнейшее существование.

И сказали друг другу: давайте наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а горная смола была у них вместо глины: Это крупнейшая  техническая революция, дающая однородные кирпичи (вместо разнородных камней), что вместе с новым связующим элементом (смола гораздо крепче глины) дает возможность технологического прорыва. Однако новые технологические достижения были неправильно использованы.

И сказали они: давайте построим себе город и башню главою до неба, и сделаем себе имя, чтобы мы не рассеялись по лицу всей земли: Цель строительства Башни явно указана: не допустить разделения человечества. После ухода Ассирии (10:11), чей пример может оказаться заразительным – Нимрод хочет укрепить свое царство и не дать другим уйти от него, для чего ему нужно найти или создать объединяющую имперскую идею, “сделать себе имя“. Этой идеей стало строительство великого “города и башни главою до неба” – т.е. занять всех мировым проектом, вовлечь в общую задачу и этим удержать вместе.

Башню главою до неба: Т.е. проект должен быть недостижимым, “строительство коммунизма советским народом”. Только такие вечные несбыточные проекты могут постоянно поддерживать общую цель и обеспечить всеобщую вовлеченность в процесс. Пленить же людей “великой недостижимой целью” часто гораздо проще, чем направить на решение реальных практических задач.

И сошел Господь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие: “Сошел” может пониматься как “Божественный суд” – но также и как “Божественное Откровение” (подобно “И сошел Господь на гору Синай – Исход 19:20). Таким образом, именно Божественное Откровение, – т.е. явление людям более высокого духовного уровня, чем тот, который диктовался “языком одним и словами немногими” – и привело к “взаимо-непониманию”, отказу от примитивного общекомандного языка и прекращению строительства Башни. На такой подход, понимающий “сошествие Бога” как милость (Откровение), а не как суд, указывает использование во всем этом отрывке Божественного Имени Тетраграмматон (“Господь”), ассоциированного с милостью, – а не Имени Элоhим (“Бог”), ассоциированного со строгостью и судом.

И сказал Господь: ведь народ один: выше (10:32 и ранее, в описаии разделения народов после Потопа, до истории вавилоноской Башни) для обозначения понятия “народ” используется слово гой, народ в этнически-родовом смысле, здесь же употреблено ам, народ в политически-государственном смысле. Человечество на данный момент представляет из себя уже много сложившихся этносов, объединенное в одно Вавилонское царство. Когда это политическое единство разрушается, этносы расходятся по своим странам.

И язык один у всех, и такое стали они делать: Имея общий конал коммуникации стали использовать его неправильно.

А теперь не будет для них недостижимым все, что они задумают сделать: Недостижимым будет вовсе не “Башня главою до неба” – достигнуть неба, конечно, невозможно, и древние были в этом не глупее нас, но ведь Башня была не целью, но лишь средством в реализации проекта. Целью проекта было “не рассеяться по лицу всей земли”, остаться под единой Вавилонской властью – а вот эта цель, при бесконечном проекте строительства Башни, была вполне реализуема.

Однако такая единая цель полностью блокирует продвижение и развитие человечества, – а именно в развитии, а вовсе не в единстве, состоит задача, поставленная Богом перед человечеством. Для развития же различные народы должны быть независимы и конкурировать между собой – а вовсе не осуществлять один общий проект. И поэтому Богу пришлось смешать их языки и распустить народы в разные стороны.

Инструментом смешения языков стало Божественное Откровение. Откровение разрушает единство, потому что это единство слишком примитивно и общий коммуникат весьма беден – он сводится к небольшому набору команд. Огромный зазор между богатством внутреннего языка и бедностью коммуниката ведет к невозможности объясняться на общем скудном языке в условиях Откровения и вызванного им духовного прорыва. Выразить свои новые сложные чувства и впечатления при Божественном проявлении человек может только на том самом лашон, который у каждого народа свой – богатый, но не понятный другому. Общего коммуникативного языка не хватает для описания реальности, в которой раскрывается Бог. Каждый народ почувствовал свою, разную часть этой раскрывшейся Божественности – и эта своя часть становится для него более ценной, чем тот квази-общий язык, которому он раньше придавал значение.

Чтобы они не понимали речи друг друга: Возможно, что общий язык и не пропал, и они продолжали понимать слова – но не могли придти к взаимопониманию. Тот уровень понимания, который был достигнут отдельными культурами (воспринявшими элементы Откровения и выразившие это понимание каждая на своем внутреннем языке) стал настолько сильно превышать то, что можно было выразить на ограниченном общем языке – что у народов усилилось чувство невозможности объясниться друг с другом, и это окончательно разделило их.

Оттуда рассеял их Господь по лицу всей земли: Это рассеяние было не наказанием, но позитивным продвижением, которое заложило основы дальнейшего развития и прогресса человечества.

 

Раскаяние и жертвоприношения

В эту субботу, Субботу “Шува” перед Йом Кипуром, мы читаем недельный раздел “Вайелех”, а в hафтаре – отрывок из пророка Ошеа (Осии, 14:2-10).
Призыв пророка: “Обратись, Израиль, к Господу, Богу своему, ибо споткнулся ты о вину свою” – обращен к Израильскому царству, в котором пророчествовал Ошеа, поэтому он использует имена “Израиль” и “Эфраим” под которыми подразумеваются все северные колена. Главная трудность мешающая раскаянию северных колен заключалась в том, что с самого основания северного Царства Иеровоамом они были оторваны от служения в Иерусалимском Храме. И поэтому понятно, что пророк предлагает народу такой путь раскаяния, в котором нет искупления через принесения жертв, так как их нельзя было приносить вне Храма; и раскаяние, о котором он говорит – это раскаяние через речь: ” Возьмите с собою слова и возвратитесь к Господу, скажите Ему: “Прости все прегрешения и прими то, что благо; и принесем слова уст наших вместо быков ” (14:13). Тут подчеркнуто, что именно “вместо быков”, но не “вместо овец”, – поскольку речь идет о таком искуплении грехов, которое осуществляется в Йом Кипур с помощью быка, которого приносит в жертву первосвященник.
Народу Израиля обещано, что если его раскаяние будет истинным, то он удостоится такого же искупления, которое достигается принесением жертв: ” пустит корни свои как Леванон” (14:6), ” а аромат его – как с Леванона”, “память о нем – как о вине Леванона” (14:7). Все эти выражения напоминают о служении в Храме, о принесении жертв, о воскурении и о возлиянии вина, и Леванон здесь означает Храм (как объясняет комментарий Раши на стих Второзаконие 4:25). А также слова: “и станет подобна оливковому дереву краса его”, – соответствуют оливковому маслу, которое приносили вместе с хлебной жертвой.
Благодаря пророчеству Ошеа, которое было актуально в определенную историческую эпоху для Северного царства, – проявилась важнейшая идея, которая является утешением и для нас, изгнанников царства Иеhуды, в те дни, когда нет искупающего наши грехи жертвенника. Эта идея того, что достаточно раскаяния, чтобы искупить все прегрешения; и так постановил и Маймонид в Законах Раскаяния (1:3)
И тут возникает вопрос: если действительно раскаяние искупает все прегрешения, то для чего необходим порядок служения в Храме, которое совершал первосвященник в День Искупления? Какой смысл стремиться к восстановлению служения: жертвоприношений искупления, отсылания козла искупления и прочих действий, о которых мы вспоминаем в молитве Мусаф Йом Кипура?
Ответ заключается в том, что мы тоскуем по такому положению, когда частное раскаяние каждого человека из Израиля найдет свое выражение в общем действии. Первосвященник концентрирует в своей личности все души Израиля. День Искупления был день радости во времена Храма (Таанит 26б), потому что там с огромной силой ощущалась уверенность в искуплении. В то время вся работа ложилась на плечи первосвященника, а пост выражал желание народа присоединиться к нему. А в наши дни, каждый из нас служит сам по себе, ради искупления своих личных грехов, и нет общего переживания искупления. Само по себе отсутствие этого переживания – серьезный недостаток, который обязательно должен быть исправлен.
После отрывка из Ошеа мы читаем отрывок из пророчества Михи (7:18-20), в котором он намекает на тринадцать качеств Божественного Милосердия – ибо они показывают желание Бога дать Израилю возможность искупления в любые времена.

Тьма и свет в процессе Избавления

На этой неделе мы читаем в Торе недельный раздел “Ки таво”; hафтарой к которому является отрывок из пророка Исаии (60:1-22), в котором наше возвращение на свою землю является также возвращением силы духовного влияния Израиля.
Исайя говорит “Восстань, свети, ибо пришел свет твой, и слава Господня над тобой воссияла” – т.е. при мессианском Избавлении весь мир получит Божественный свет через народ Израиля. И как следствие исчезнут те подходы в духовности которые оспаривают еврейский свет – как например “теология замещения” которая была распространена в христианстве, и которая строила свое основание на унижении Израиля (и поэтому когда в свое время Герцль обратился к Папе римскому, чтобы тот помог ему в основании государства Израиль для еврейского народа, тот ответил ему: “То, чего ты хочешь добиться – отрицает все во что я верю”).
Это духовное противостояние отмечает Талмуд (Санhедрин 98,б ): “Разъяснял раби Симлай: что означает написанное в книге Амоса (5:18): “Горе тем, кто жаждет дня Господня! Зачем он вам, день Господень? Это мрак, а не свет!”? Для пояснения этого можно привести в пример петуха и летучую мышь, которые ждут света дня. Петух говорит летучей мыши: Я жду света, так как это мой свет, – но ты, зачем ты его ждешь? И это то, что один из отступников сказал раби Аваhу “Когда придет Мессия?”, и тот ответил ему: “Тогда, когда вас скроет тьма”. Спросил его отступник: “Ты проклинаешь меня?” Ответил ему раби Аваhу: “Это то, что написано в Писании (в нашей hафтаре, стих 2): “Ибо вот, тьма покроет землю и мрак – народы; а над тобой воссияет Господь, и слава Его над тобой явится”.
И также рав Кук объясняет в книге Орот (стр. 17) “И в величии мира, когда проявится свет святости Израиля во всей его возвышенности, – не будет опоры у всякого разврата, у всех, кто находится снаружи, и не смогут они основать никакого учреждения, чтобы оттолкнуть свет Израиля, чтобы закрепиться за каким-то мистическим озарением или основой веры. Ничто не сможет выстоять против реальности существования народа, славы и красоты святости”.
В соответствии с этим, самая большая милость, которую можно сделать народом мира, – это не скрывать бездну, возникшую в их теологии из-за возрождения государства народа Израиля, но наоборот, открыть им истину Божественности, которая всегда существовала в Израиле. Чтобы они поняли, что то они через христианский миф хотели уловить из Божественного Света – на самом деле не было светом Божественного присутствия (Шехины), которая покоится на народе Израиле. Шехина находилась в сокрытии в дни Изгнания, но сегодня проявляется гораздо сильнее через Государство Израиль.
И это то, что возвещает нам hафтара (стих 3) ” И будут ходить народы при свете твоем, и цари – при блеске сияния твоего”.
Возвращение в Сион обязывает нас заняться не только собственным исправлением, – но и тем, чтобы разъяснить Божественное послание всему миру, направить всех приходящих в мир, по божественным путям. Чтобы реализовалось то, что мы каждый день просим в молитве Алейну Лешабеах:

“Тогда все сыны человеческие станут взывать к Имени Твоему,
И все грешники земли вернутся к Тебе.
Признают и поймут все жители земли,
Что перед Тобою следует преклонять колени,
Лишь Твоим Именем следует клясться.
Пред Тобою, Господь Бог наш, склонятся они, и падут ниц,
И воздадут почести славному Имени Твоему;
И все они подчинятся твоей Царской власти,
И Ты вскоре воцаришься над ними на веки вечные”.

Мессианское Избавление придет естественным путем

На этой неделе мы читаем в Торе недельный раздел Шофтим, и к нему hафтару из Исайи (51:12-52:12), раскрывающую пути Завершающего (Последнего) Избавления, т.е. картину мессианских времен. И там сказано: “Ибо не в поспешности выйдете вы (из Изгнания), и не бегом уйдете, ибо впереди вас пойдет Господь, и стражем позади вас – Бог Израиля” (52:12).
Слово “поспешность, торопливость” (хипазон) встречается в Танахе только три раза: “И ешьте его с поспешностью; это песах Господа” (Исход 12:11), “ибо поспешно вышел ты из земли Египетской” (Второзаконие 16:3), – и еще один раз в нашей hафтаре, но в противоположном значении: “вы выйдете из Изгнания НЕ торопливо”.
Два первых упоминания этого слова в стихах Торы связаны с контекстом Египетского Избавления, а третье в контексте Завершающего Избавления. И тут обнаруживается различием между путями этих двух Избавлений.
При выходе из Египта был подчеркнут аспект поспешности, и это особенность “Провидения чудес”, Божественного управления миром связанного с чудесами. Маhараль из Праги (Ор хадаш на книгу Эстер, 6:14) объясняет, что в отличие от естественных процессов, которые всегда требуют времени, так как так устроена природа, – чудо позволят подняться над временем и перескочить его, и поэтому оно происходит “в поспешности”. И именно такой характер был у Первого Избавления, Исхода из Египта.
Потребность в чуде возникает, когда в самой природе не достает сил, чтобы привести к Избавлению. Поскольку до выхода из Египта еще не прояснилась способность человека побеждать природу – этот выход произошел чудесно. Само понятие природности означает порабощение ее железными законам, и было необходимо, чтобы избавление произошло в противоречии законам природы, и человек смог поверить, что в его силах справиться с порабощением природным законам. И в том числе – со злым началом и с властью.
Но при этом, в чудесном избавлении есть большой недостаток, – и это то, что природа не участвовала в Избавлении. Из-за этого может возникнуть ошибочное представление, что природа не включена в Божественное Управление миром, и как следствие, картина мира будет опираться на разделение, на представление о том, что природное не является Божественным.
Такое убеждение противоречит чистому монотеизму, т.е. вере в Единство, в соответствии с которой Божественное Царство простирается на все мироздание вообще.
И поэтому наши мудрецы еще в Талмуде подчеркивали нежелательность чудес, сказав: “Насколько плох этот человек, что потребовалась ради него изменять порядок заданный при Сотворении” (Шабат 53,б).
Поэтому есть необходимость дополнить картину мира, сформировавшуюся при Исходе из Египта, – и для этого Последнее Избавление должно прийти именно через природу, в примирении с ней. И вследствие этого весь процесс не идет в поспешности: “Ибо не в поспешности выйдете вы, и не бегом уйдете, ибо впереди вас пойдет Господь, и стражем позади вас – Бог Израиля”.
Еврейский философ Франц Розенцвейг отмечал значение этого пророчества в своей книге “Звезда Избавления”, построенной на идее о том, что Творение это действие, которое соединяет Бога с миром, а Откровение это действие, которое соединяет Бога с человеком, и это различение двух основ, на которых построен мир, с необходимостью показывает на разделение между человеком и миром. Тогда как Избавление приходит, чтобы примирить человека с миром и вернуть общую гармонию в Божественный мир – и поэтому оно должно соединять человека с природой, идти естественными путями.
Этих соображений достаточно чтобы отвергнуть популярное представление, что якобы чудесное Избавление предпочтительнее Избавления естественного. В таком предпочтении чудес есть выражении пессимизма по отношению к миру, созданному Всевышним, и это не соответствует представлению, которое следует из всего Священного Писания.

Афтара новомесячья и миссия Израиля

Эта суббота – первый день новомесячья месяца Элул, и в некоторых общинах читают вместо (или в добавление) обычной афтары (недельного раздела Реэ), отрывок из Исайи (66:1-24), связанный с новомесячьем.
Смысл новомесячья состоит в том, что происходит обновление, через возвращение к началу, к исходной точке. Мы снова рассматриваем начало процесса творения и его цели. Поэтому hафтара новомесячья начинается с парадокса, который заложен в основу творения мира: с одной стороны, Всевышний превознесен над всем миром, как сказано “Небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих. Что за дом вы можете построить Мне, и где место покоя Моего? (66:1)”, – но при этом Он близок к самому простому человеку, если тот обращается к Нему: “Все это рука Моя сотворила […] И на этого смотреть буду: на смиренного, и сокрушенного духом, и дрожащего над словом Моим”.
Следующий стихи (3-6) говорят: “Голос шума из города, голос из Храма, голос Господа, воздающего возмездие врагам своим”, т.е. они описывают Провидение Всевышнего (то управление миром, которое Он осуществляет) в рамках “меры справедливости”. Это то, что Рамхаль в книге “Даат Твунот” называет “Управление суда”.
Проявление Божественного суда это не только беды, приходящие как наказание за грехи, – но по суду произойдет также и Избавление Израиля, как говорит стих: “И откроется рука Господня рабам Его, и разгневается Он на врагов Своих” (14). Такое описание соответствует подходу раби Элиэзера, который считал, что Избавление Израиля зависит от его раскаяния – когда евреи исправляют себя, тогда Всевышний приводит к ним избавление (и это происходит через осуждение врагов еврейского народа). С другой стороны Писание во многих местах подчеркивает неизбежность прихода Избавления – что согласуется с подходом раби Иеhошуа, который считал, что приход Избавления не зависит от раскаяния, и такой подход также выражен в этом отрывке из Исайи: ” Доведу ли Я до родов и не дам родить? – сказал Господь. Я ли, дающий родить, остановлю? – сказал Бог твой” (9).
Однако и то и другое – лишь различные пути, которые Бог использует для достижения конечной цели истории, которая состоит в освящении Всевышнего среди всех народов и в прямой связи с Ним для всего человечества, как сказано: “А Я – деяния их и мысли их” – т.е. Я скрываюсь за всеми мыслями и делами людей; “Приходит время собрать все народы и языки, и придут они, и увидят славу Мою” (18).
То, что Избавление приходит через собрание все народов и языков – означает, что рассеяние народа Израиля между другими народами является важным этапом развития человечества: оно предназначено для того, чтобы привлечь другие народы к Богу, к участию в возвращение в Сион, чтобы они удостоились приближения ко Всевышнему: “И пошлю спасенных из них к народам […] которые не слышали обо Мне и не видели славы Моей, и возвестят славу Мою среди народов. И приведут всех братьев ваших от всех народов в дар Господу […] подобно тому, как сыны Израиля приносят дар в сосуде чистом в дом Господень. И из них также брать буду в священники и левиты, – сказал Господь”.
Таким образом, вечность Израиля, о которой говорит Исайя: “Так упрочено будет семя ваше и имя ваше” (22) – приобретает новый смысл, являясь исправлением всего мира.
Взгляд на этот грандиозный процесс, в котором Израилю, возвращающемуся в Сион, предназначена универсальная миссия, – проявляет новый подход к служению в новомесячье, и размышление о начале творения приобретает новый смысл. Весь мир познает Творца, – и субботнее служение, заповеданное исключительно для Израиля свидетельствует о центральном значении Израиля в этом процессе: “И будет: в каждое новомесячье и в каждую субботу будет приходить всякая плоть, чтобы преклониться предо Мною, – сказал Господь (23)”.